Сайир, помимо прочего, обозначал заметное положение в религиозной иерархии: сайир вхож почти во все культовые сооружения Хранительницы Леса, и с его мнением считаются даже высшие иерархи. Что не очень типично: в культе Хранительницы, Младшей из Триады, практически все ступени иерархии занимают женщины.

Ольты, без сомнения, обладают врождёнными магическими способностями. Несмотря на солидный возраст и положение в обществе, рядом с Вемкамтамаи Ривллим ощущал себя мальчишкой. Само собой получалось называть его уважительно и обращаться за советом.

…Он быстро отыскал место, где ещё оставались пригодные в пищу клубни, и принялся откапывать их ножом. Интересно, откуда ольт знал, что клубни надо искать именно здесь? Все они были как на подбор: крупные, гладкие, словно не хальга, а культурный картофель.

Положительно, этот ольт весьма не прост. Надо будет понять, отчего его держали здесь. Вемкамтамаи… так… что это может означать? Надо получше изучить ольтский язык. Не спрашивать же напрямую – не принято!

– Что такое хелауа? – спросила Фиар, как только воин удалился достаточно далеко.

Ольт довольно долго молчал. Он, конечно же, знал ответ. «Helauah» – «небольшое хищное животное». Неблагодарное животное. Из тех, что первым делом впиваются зубами в руку, вызволившую из смертельной ловушки. Архаичное слово, взятое из одного из священных гимнов Триады. Сам того не зная, Ривллим очень много рассказал и о себе, и о Фиар. Всего одним словом.

– Так что же это?

– Вряд ли я должен отвечать, – медленно проговорил слепой и повернул лицо к девушке. – Я ощущаю в тебе нечто большее, нежели власть над огнём, эллено. Я прав?

Девушка осеклась и глаза её расширились. Пальцы правой руки непроизвольно погладили браслет на левом запястье.

– Прав я? – переспросил ольт.

– Да, – неохотно призналась девушка. – Но…

– Я умею хранить тайны, как ты сама убедилась, – продолжал ольт. – Что означает это прозвище, ты либо узнаешь от него, либо не узнаешь вовсе. Впрочем, я догадываюсь, отчего он дал тебе его. У тебя на запястьях остались браслеты, верно?

– Откуда тебе… откуда вам знать? – поразилась девушка.

– Я много прожил, и думать пока что не разучился. Да и слух у меня превосходный. Хочешь, я сниму их с тебя?

– Нет! – глаза девушки вспыхнули огнём. – Нет, ни за что! – она отодвинулась от слепого, словно тот намеревался схватить её.

– Вот видишь, – ольт отвернулся. – Тебе придётся спросить его самого.

– Вот ещё! – девушка презрительно вскинула голову. – Он всё скажет и сделает сам. Я знаю, чем мне это грозит в противном случае.

– Суеверия поражают не только людей, – проговорил ольт с грустью в голосе.

При этих словах девушка вздрогнула и пристально посмотрела на странного собеседника. Эллено, значит. «Дитя», в одном из переводов. Во всяком случае, она знала, что это означает.

– Ты слишком простого мнения о нём, – добавил ольт. – Ты видела его меч?

– Видела.

– На что он похож?

Девушка задумалась. Меч был необычным, огромным, с ярко пылающей золотой полосой вдоль клинка, со многими надписями на крестовине. Как ни странно, с эмблемой самих Башен – правильный шестиугольник, жирная точка в центре, соединённая волнистыми линиями с каждой из вершин. На что же он походил? Или… на кого?

– Он весь словно из золота, – ответила она, наконец, – И кажется живым. А откуда вы знаете про меч?

– То, что я не получаю от зрения, я получаю от всего остального, – вновь повторил слепой. И повторил свой странный жест, который девушка уже видела: соединил кисти рук за затылком так, чтобы кончики пальцев касались друг друга и медленно провёл соединёнными руками через голову, прикоснувшись в конце концов к груди.

– Он возвращается, – произнёс ольт неожиданно. – Поговорим о чём-нибудь другом. Но запомни вот что: меч у него в высшей степени необычный. Если хочешь добиться своего, тебе придётся очень долго путешествовать с ним. Возможно, до конца жизни.

– Я… – начала было девушка, но тут из мрака в круг света шагнул Ривллим и вывалил на траву огромную груду клубней.

– Часть зажарим сейчас, – пояснил он, – часть позже. Предупреждаю, это не самое вкусное, что существует в природе.

– Кому что нравится, – заметил ольт. – Если хальгу хорошенько потушить с… – он осёкся. – Впрочем, сейчас не время обсуждать кулинарию.

Не произнося более ни слова, он встал и исчез во тьме.

Девушка взяла в руки большой клубень и закрыла его ладонями.