Ты думаешь, почему они пьют? Чтобы хоть как-то снять этот стресс, это внутреннее напряжение постоянного страха. Ведь для того чтобы преодолеть этот психологический барьер, с шахтёрами постоянно должны работать высококвалифицированные специалисты в области психологии и медицины. Но такой помощи они, естественно, не получают. Поэтому многие и пьют.

– Да, – вздохнул Костя, —

– Совершенно верно… Кроме того, любой шахтёр, достаточно долго проработавший в шахте, прекрасно понимает, что перспективы у него никакой. Вот у тебя есть перспектива, ты можешь окончить институт, сделать какую-то карьеру. А у них перспектива одна: или сдохнуть в шахте, или умереть от тех болезней, которые они там заработали. Они всё это понимают, осознают. Но у них же есть своя гордость, своя мания величия, такая же, как и у тебя.

– Да какая у меня мания величия, – махнул рукой Андрей. – У меня её вовсе нет.

– Как это нет?! Ты же сейчас их хотел избить только за то, что они тебя затронули… Это же и есть твоя мания величия, что тебя, такого вот царя, оскорбили… Такая же гордыня есть и у них. Но, в отличие от тебя, у них нет будущего. И ты хочешь лишить их последнего?! Вот представь, что бы было с ними при всех их стрессах, переживаниях, нереализованных мечтах и упущенных возможностях, если б они ещё вдобавок ко всему очнулись в реанимации после твоих побоев… Это же дополнительные страдания и гораздо сильнее, чем физические. Зачем?!

Мы виновато опустили головы. Хоть Сэнсэй разговаривал с ребятами, всё это в равной степени относилось и ко мне. Его слова просто потрясли меня. Внутри был какой-то дискомфорт из-за своих недавних, воинственно настроенных мыслей. И мне стало очень стыдно перед собой за саму же себя… Неожиданно я ощутила всю глубину мыслей Сэнсэя и осознала, насколько он понимает и чувствует каждого человека.

– Зачем?! – повторил Учитель. – Ты что, пострадал от того, что попросил извинения, успокоил их и ушёл… Нет. С тобой ничего не случилось. Ты прекрасно понимаешь, что способен одними ногами изуродовать их всех.

– Конечно, да я бы… – снова начал вскипать Андрей.

– Вот видишь, опять говорит твоя мания величия. А ведь я же учу тебя ногами махать не для того, чтобы ты людей избивал на улице. Смысл боевого искусства абсолютно в другом, и эти приёмы могут тебе никогда в жизни не пригодиться. И дай Бог, чтоб они не пригодились… Твоя задача научиться понимать причину и следствие, глубину и суть ситуации и разрешить её миром.

– А что вы им сказали? – поинтересовался Костя.

– Всё очень просто. Я им объяснил, что у них есть такие же дети, как и вы. И что другая компания подгулявших мужиков так же, как и они, может пристать к их детям и избить. Я им обрисовал этот случай чисто с человеческой стороны. При этом заметьте, их мания величия не пострадала. И что особенно важно, они ушли довольные, с решительным настроем на то, чтобы защищать таких, как вы. То есть всё решается гораздо проще, миром… И, помолчав немного, добавил:

– А огрызаться и кулаками махать любой дурак может… Не нужно сразу поддаваться своим животным инстинктам. Гораздо важнее в любой ситуации оставаться человеком. Понять, почему и чем вызвана именно эта агрессия. И как правильно разрешить спор так, чтобы обрести нового друга, а не нажить себе врага…

И, подходя уже к остановке, Сэнсэй заключил:

– Запомните, любой удар, нанесённый вами в гневе, в конечном счёте возвращается к вам самим.

Наша компания стояла молча, стыдливо поглядывая на Сэнсэя. Наконец, договорившись о новой встрече, мы расстались.

Почти всю дорогу мы ехали молча. А когда подъезжали к центру, Андрея, до сих пор сидевшего в глубокомысленной позе, прорвало:

– Ничего себе Сэнсэй загнул, аж самому стыдно стало!

– Не говори, – согласился Костя. – Я и сам думаю, и зачем я с этими мужиками связался? Говорят же, молчание – золото!

– Ничего, – успокаивал его Андрей. – Видишь, как всё обернулось. Не бывает худа без добра… М-да, круто Сэнсэй мозги загрузил…

«Долго теперь придётся переваривать», – подумала я. Всю дальнейшую дорогу моя особа промучилась в размышлениях не столько о случившемся, сколько о самой себе. Что-то в моём привычном внутреннем состоянии было не так. Но что? В который раз я начала детально прокручивать разговор Учителя и вновь ощутила этот дискомфорт, и … Стоп! Меня вдруг осенило. Ну, конечно же, это новое чувство! Ведь когда произошёл этот мощный, сотрясающий удар по огромной подводной скале невежества и эгоизма, во мне неожиданно всплыло какое-то давно забытое, глубинное чувство. Моя особа не могла его полностью осознать. Но с его появлением у поверхности моего сознания я поняла, что хотел выразить Сэнсэй. Такое было со мной впервые. Я чётко поняла его простую истину. Для моего внутреннего мира это было целое открытие. Я радовалась этому так, словно мне удалось помириться с самой собой.

Домой пришла в приподнятом настроении. Оказывается, там меня тоже ожидал сюрприз.

– А у нас хорошая новость, – сияя своей очаровательной улыбкой, сказала мама. – Сегодня звонил дядя Витя из Москвы. Ему удалось договориться с лучшим профессором из той клиники. Так что осталось только обговорить сроки.

Если б эту новость мне сообщили раньше, я бы безумно радовалась. Но сейчас поймала себя на мысли, что мне абсолютно всё равно, что происходит на физическом уровне в моей голове. Главное было то, что я осознала внутри себя. Это какой-то новый уровень восприятия, который больше касался души, нежели тела. Но, чтобы не испортить настроение родителям, вслух произнесла:

– Здорово! Я в этом и не сомневалась. Чтобы дяде Вите и не удалось, с его-то положением и связями?! Он у нас молодчина, пробивной мужик во всех отношениях.

Весь последующий день моя особа только и думала о своём новом чувстве. Я опять вернулась к полноценной жизни, как говорится, телом и особенно душой. И когда пришло время ехать на медитационное занятие, мне просто не терпелось скорее туда попасть. В этот раз уже моя особа подгоняла копушу Татьяну, чтоб та быстрее собиралась.

Мы пришли на трамвайную остановку, где поджидали нас ребята.