Хочу обратить ваше особое внимание на тот факт, что древние мастера гимнастики тайцзицюань настоятельно требовали от своих учеников «очищения, спокойствия, отсутствия неправильных деяний, сохранения чистоты сердца, сдержанности в своих желаниях». В этом случае человек не только победит свои болезни, но и уничтожит своё эго, очистив тем самым путь к совершенствованию духа. Они твёрдо были уверены, что Небо видит дэ (духовность, любовь) человека и, в зависимости от его дэ, – награждает. Мудрость мастеров, дошедшая из глубины веков, актуальна и на сегодняшний день. Каждый из присутствующих может максимально использовать полученные знания, и не только для самозащиты, но и для раскрытия своего внутреннего мира, постижения тайн природы и мироздания. Всегда следует помнить, что человек может добиться всего, если чётко определена цель… Ну, а теперь перейдём к практической части…

Мы построились, и Учитель показал нам дыхательные упражнения в «Липучих руках». Затем, после индивидуальной демонстрации приёмов Сэнсэем, почти каждый через несколько секунд приземлялся на пятую точку под смех товарищей, которые минуту спустя уже сами сидели в таком положении. Более серьёзные бойцы при неправильном выполнении улетали в ударе метра на 3–4. Самое интересное, что сначала все минут десять смеялись друг над другом, через двадцать минут мы, уже молча, кряхтя подымались, а ещё через полчаса занялись действительно серьёзной работой, полностью сосредоточившись на движении и точности выполнения. Никому уже не хотелось быть шутом, падая лишний раз.

Особенно красиво работали «скоростные ребята», в том числе Стас и Женька. Видно, этим искусством они тоже занимались давно. Их совершенно неповторяющаяся двигательная импровизация была похожа на грандиозный танец, полный непредсказуемых и в то же время рациональных движений. И если кто-то из них ошибался, то тут же улетал по первому разряду, сшибая попутно кучу народа. Короче, дабы не калечить окружающих, этих ребят переместили в конец зала, почти возле самого выхода. Но и тут Женька со Стасом превзошли себя. Работая в режиме спарринга, Женька на секунду отвлёкся на открывающуюся дверь и тут же получил от Стаса мощный удар, который мало того что отбросил до этой злосчастной двери, так ещё и поставил его перед выходом на карачки. В это время в зал вошёл представительный мужчина неопределённого возраста, с величавым лицом, похожим на Рамзеса. От него веяло каким-то восточным утончённым ароматом. Он был одет в шикарное пальто, из-под которого виднелся дорогой костюм. «Рамзес» удивлённо посмотрел на Женьку. Но тот и здесь не растерялся и, коснувшись лбом пола, ритуально произнёс:

– О, приветствуем вас, великий Чжэнь У, самый желанный гость нашего племени!

Затем он быстро вскочил на ноги, и поклонившись ему ещё раз поклоном бойца, развернулся и пошёл к Стасу, который еле сдерживался, чтобы не рассмеяться. Сэнсэй с улыбкой подошёл и поздоровался с вошедшим.

– И долго он отрабатывал такой вид приветствия? – с сильным акцентом, на ломаном русском языке спросил «Рамзес».

– Вы уж не серчайте на него. Молодо-зелено. Вечно что-нибудь да напутает.

«Рамзес» ещё больше удивился и с лёгкой обидой в голосе произнёс:

– Неужели я похож на китайца?

– Нет, конечно, но… – и тут Сэнсэй сказал фразу на каком-то необычном языке.

«Рамзес» рассмеялся и добавил что-то в ответ. Так, разговаривая на этом мелодичном, очень приятном на слух языке, они пошли в отдельный кабинет, предназначенный для физруков. Я обратила внимание, что походка у гостя была такая же, как и у Сэнсэя.

Как только дверь за ними захлопнулась, Стас не выдержал и рассмеялся, сразу же получив ответный удар от Женьки. Упав с грохотом на скамейки, он минут пять так и не смог подняться, закатившись в приступе смеха. Может, они с Женькой так и хохотали бы до конца тренировки, но старший сэмпай, который был ответственен за дисциплину во время отсутствия Сэнсэя, показал им внушительный кулак, и парни быстро замяли это дело, занявшись работой.

Меня страсть как распирало любопытство узнать, кто же это за таинственный гость. Но мои попытки осведомиться у старших ребят не увенчались успехом. Они явно мне дали понять, что в дела Сэнсэя не вмешиваются.

Минут через тридцать, под конец тренировки, из кабинета вышел «Рамзес» с Сэнсэем, что-то по пути с улыбкой подтверждая. Они расстались как давние, хорошие приятели, тепло пожав друг другу руки. После ухода таинственного гостя Сэнсэй с такой же лёгкостью перешёл на русский язык и стал объяснять, как ни в чём не бывало, увиденные ошибки у ребят. Настроение у него явно стало приподнятым.

Дома я записала, как всегда, всё самое интересное в свой дневник. Визит этого необычного иностранца вызвал множество безответных вопросов. И я решила оставить разгадку этой тайны на неопределённое «потом». Как любил повторять сам Сэнсэй: «Нет на земле ничего тайного, что когда-нибудь не сделалось явью». С таким оптимистическим прогнозом на будущее я продолжила свою деятельность наблюдателя.

На духовных занятиях мы отшлифовывали старые медитации. Всё было как обычно, разве что только Николай Андреевич отсутствовал почти неделю. Это на него было непохоже. Наконец наш психотерапевт явился в полном здравии и даже в приподнятом настроении. Он пришёл перед началом занятия, когда на поляне стояла наша развесёлая компания вместе с Сэнсэем, Женькой и Стасом. Глаза Николая Андреевича светились необычайной радостью и восторгом.

Быстро поздоровавшись со всеми, он начал возбуждённо рассказывать, обращаясь к Сэнсэю:

– Мы наконец-то завершили эксперимент, всё подтвердилось. Результаты просто потрясающие… Эта техника изменения состояния сознания, что вы давали, – это ведь в корне меняет всю картину мира, все представления о нашем существовании… Но, впрочем, всё по порядку…

Наши ребята удивлённо смотрели на необычное оживлённое поведение Николая Андреевича. Сэнсэй внимательно его слушал, покуривая сигарету.