— Эй, девочки, все в порядке! — крикнула Танди. — Готовы нас встретить наверху? Никто не ответил. Казалось, все спали.

— Эй, проснитесь! — раздраженно прокричала девушка. — Надо отправляться в путь, а впереди еще долгий подъем!

Сирена пошевелилась.

— Что с того? — скорбно вопросила она.

Загремел и Танди переглянулись — глаза грубого огра встретились с глазами хорошенькой девушки. Что произошло?

— Сирена, что с тобой? — окликнул ее Загремел. Сирена поднялась, стоя в опасной близости от края.

— Мне так грустно, — сказала она, утирая слезы. — Нет счастья в жизни...

— Нет счастья? — ошеломленно переспросила Танди. — Загремел связал дракона. Мы можем идти дальше. Это великолепно!

— Все это суета, — ответствовала сирена. — О, я положу конец всему. — С этими словами она шагнула вниз с уступа.

Танди взвизгнула. Загремел бросился вперед, чтобы поймать сирену. По счастью, она летела прямо ему в руки. Ему оставалось лишь, остановив ее падение, аккуратно поставить сирену на землю.

— Она пыталась убить себя! — в ужасе закричала Танди.

Что-то было явно не так. Загремел взглянул наверх, на тоскливую сосну. Сидевшая под ней троица поникла, как и само дерево.

И тут до него дошло:

— Это же хвойная мерехлюндия! Она нагоняет печаль!

— О нет! — запричитала Танди. — Они находились там слишком долго, становясь все печальнее и печальнее, а теперь дошло до мыслей о самоубийстве!

— Надо как-то снять их оттуда, — предложил Загремел.

Сирена зашевелилась:

— О боги... Мне было так грустно!

— Ты сидела рядом с тоскующей мерехлюндией, — проинформировала ее Танди. — Мы не понимали, что она делает.

Сирена подняла залитое слезами лицо: — Вот в чем дело! Это же до слез стыдно.

— Я взберусь наверх и сниму их оттуда, — сказал Загремел.

— Тогда ты опечалишься, — заметила Танди, — а нам только и не хватает, чтобы нам на головы падали огры-самоубийцы.

— Нужно время для достижения полного эффекта, — сказала сирена. — Чем дольше я там сидела, тем печальнее становилась. Это происходит не сразу.

— Вот и ответ, — откликнулась Танди. — Я поднимусь наверх и столкну их по одной вниз, а здесь их поймает Загремел. И быстро, пока сама не слишком загрущу.

— А как быть с Чем? — спросила сирена. — Она слишком тяжелая, чтобы Загремел смог ее удержать.

— Придется спустить ее вниз на веревке.

Так они и сделали. Танди взобралась по веревке наверх, подняла рыдающую Джон и скинула ее вниз. Загремел поймал фею одной рукой, стараясь не коснуться ее нежных крылышек. Затем Танди столкнула с края площадки Огняну. Под конец она обвязала веревку вокруг талии Чем, перебросила через древесный ствол свободный конец, и они с Загремелом медленно опустили кентаврицу на землю. Их план сработал.

Во всем, кроме одного. Танди осталась возле дерева, поскольку веревка оказалась внизу вместе с Чем, и печаль хвойной мерехлюндии охватила девушку. Она бесцельно бродила у края площадки, роняя слезы, потом шагнула вниз.

Если бы Загремел бросился к ней, он уронил бы Чем. Если бы он этого не сделал...

Его тело решило задачу раньше, чем разум. Держа веревку правой рукой, огр вытянул в прыжке левую. Он поймал Танди за тонкую талию и прижал к своему косматому телу, не позволяя в то же время упасть Чем.

Танди спрятала лицо в его шерсти, рыдая от тоски и одиночества. Загремел знал, что это всего лишь результат воздействия хвойной мерехлюндии, но невольно почувствовал сострадание. Он мог только покрепче прижать девушку к себе.

— Это был великолепный маневр, Загремел, — сказала сирена, подходя, чтобы принять из его рук девушку.

— Не мог же я позволить ей упасть, — грубовато ответил огр.

— Конечно, не мог, — подтвердила сирена, но на ее лице отразилось глубокое раздумье, словно она поняла что-то, чего не понял он.

Теперь все они спустились в целости и сохранности — но, увы, оставались на дне Провала. Дракон все еще дергался, пытаясь найти путь к освобождению, не потеряв ни мозгов, ни хвоста, — трудно сказать, что было для него важнее.

Джон наконец пришла в себя.

— О боги, это было ужасно! — воскликнула она. — Но теперь мне настолько лучше, что я просто могу взлететь! — И она поднялась в воздух, выписав петлю.

— Ну что ж, она-то выберется из пропасти, — заметила сирена.

Загремел перевел взгляд с феи на дракона, а с дракона на хвойную мерехлюндию. На полпути от сосны к вершине скалы росло маленькое железное дерево. Ему в голову пришла мысль.