— До оно мне сдалось как собаке пятая нога. Продовольствие пригодится, а вот остальное… Вам же и продам.

— Не понял — мотнул головой особист.

— Могу пояснить, мне не трудно — пожал я плечами. — Зная историю, и как примерно будет идти эта война, я уверен, немцы до Москвы дойдут, хотя саму её и не возьмут, сил уже не хватит. По идиотскому приказу ваших генералов-предателей, все запасы вооружения и боеприпасов, включая продовольствие, складировано тут у границы, включая вооружение для мобилизации и оно всё досталось немцам. Вооружать вам формирующиеся из ополчения дивизии нечем уже сейчас. Со складов ещё царского режима им раздаются древние японские винтовки и «берданки». Про пулемёты и пушки уж и говорить не стоит. Все современное и новейшее вооружение у вас или погибло в приграничных боях или досталось трофеями как эти склады немцам. Вам нечем воевать, а тут я утащу складов как можно больше и приду к вашему лидеру…

— Товарищу Сталину — кивнул лейтенант.

— Ну да, к нему. Так вот приду и скажу, вооружения у меня много, хотите купить отдам за полцены. Плату возьму драгоценными природными камнями. Думаешь, он откажется? Ещё благодарить будет, будь уверен. Это вооружение, форма и боеприпасы вам в войне ой как пригодятся… О, смотри тут на полках и тюки с зимним обмундированием есть.

— Хм, интересная информация. До Москвы немец никогда не дойдёт, не верю я в это, а вот остальное следует обдумать.

— Вот и обдумайте когда прорываться к своим будете. Всё, разграбление закончилось, идём.

Указав на последних запоздавших и на трёх часовых, что уже снялись с постов и бежали к порталу, у которого стоял Дружинин, последовали мы туда же. Мы благополучно перешли через портал и оказались у поезда. Там я разобрал телепорт, убрал его в баул и, заметив, что особист даёт бойцам какой-то знак, просто перешёл на склады. Я там оставил метку, так что теперь могу перемещаться сюда сам. У поезда народу действительно прибавилось и было там около батальона, порядка шестисот человек, так что, заметив тот странный взгляд и жест, поспешил ретироваться. Мало ли что особист сделать хотел, да и чуял, что просто так опускать меня не хотели и собирались впрячь в ещё какие-то их дела. У меня свои есть, пусть сами их решают. Лютова вон, уже освоилась с медицинским магическим оборудованием, пусть лечит. Если не шиковать, его надолго хватит.

— Ну что ж, приступим — потерев руки в предвкушении, посмотрел я на все шесть складов стоявших с открытыми воротами, да на десяток грузовиков у которых разлеглись в разных позах немцы. — Где тут продовольственный склад, пора пополнить свои запасы? Продовольствия то у меня как раз и нет, пора ликвидировать этот недостаток.

Восемь дней спустя. Москва, кабинет наркома НКВД Берии Лаврентии Павловича.

После вышедшего секретаря в кабинет к наркому прошёл невысокий, но крепкий телом командир госбезопасности. При каждом его движение под форменной материей перекатывались бугры мускулов. Да и по движению было видно, что он очень серьёзный и опасный боец, однако занимал он должность отнюдь не боевика, а аналитика.

Видимо наркому не доводилось видеть на лице этого командира столько озадаченности, поэтому он удивлённо поднял брови и спросил:

— Что случилось Сергей. Новый прорыв, или ещё один из армейцев «проверенных революцией» к немцам переметнулся?

— Нет, Лаврентий Павлович, тут другое. В последнее время участились случаи перехода линии фронта окруженцев, которые несли всякую чушь. Они все говорили, что встречались с магом из другого мира и тот их наделил разными способностями.

Озадаченно слушавший подчиненного нарком, общая усталость и красные глаза которого показывали, что он не спит уже продолжительное время, спросил:

— Померещилось?

— В том то и дело что нет. Я отправил запрос всем частям, не многие смогли ответить, сами понимаете как сейчас со связью при отступлении, но получил ещё несколько дополнительный фактов. Я их зачитаю… Двадцать шестого июня под вечер к нашим пробилась на трофейной технике моторизованная группа лейтенанта Архимова, после допроса у особистов, не смотря на то, что лейтенант и часть его бойцов были опознаны, он сам и двенадцать его подчинённых были расстреляны как немецкие агенты. Ситуация там так сложилась. Был получен сигнал на отход, две дороги порезаны, а что с этими делать не знали, вот и расстреляли. Те утверждали, что немецкому языку и знаниям немецкой технике они обучились у мага из другого мира.

— Это единичный случай расстрела свидетелей?

— К сожалению нет, первый из трёх.

— Продолжай.

— Следующие несколько дней среди окруженцев не встречалось никого, кто бы сообщал о маге, а вот после двадцать девятого июня они пошли валом. По примерным прикидкам линию фронта перешло около ста двадцати групп, которые встречались и главное общались с неизвестным магом. Общая численность красноармейцев и командиров около двенадцати тысяч. Что странно, теперь все они говорят на немецком языке не хуже самих немцев, и знают их уставы и технику. Были проведены множественные проверки для опознания и в большинстве случаев всё подтвердилось. Простые бойцы и командиры, которые и русский то не очень хорошо знали, это я и тех, что из Азии и Кавказа, начали говорить на немецком или проявлять буквально чудеса военного искусства. Но это ещё не всё. Тридцатого июня через линию фронта прорвалась и влилась в одну из отступающих колонн, группа окруженцев под командованием подполковника Дружинина. Пока ещё идёт проверка, но по утверждению наших людей, что находились в группе Дружинина, маг действительно был и продал врачам санитарного эшелона, который волей судьбы оказался на оккупированной территории, магические предметы и вылечил всех раненых. Он же снабдил их техникой, продовольствием, вооружением и униформой.

— Где сейчас эти врачи?

— Нам удалось их эвакуировать, и сейчас они летят под прикрытием звена истребителей к нам. Через час должен сесть на нашем аэродроме под Москвой. Все магические предметы находятся в опечатанном сейфе.

— Что они делают?

— По сообщению наших людей, лечат. Лечат всё. Был случай, по бойцу проехал танк, фактически разделив его на две половинки, так этим амулетами, как их называют, его вылечили и уже через пять минут он вернулся в строй. Свидетелей этому больше двух сотен человек. Более того одни из наших сотрудников заснял тот момент на свой фотоаппарат и везёт снимки. Он сопровождает медиков.