Встав со скамейки, я стал обходить пленных, отодвигая ворот и заглядывая под комбез. У четверых не было гимнастёрок, под комбезом находилось нательное бельё, а вот у двоих его не было. По знакам различия я выяснил, что один был лейтенантом, тут не спутаешь по два кубаря в чёрны петлицах да с танчиками, второй старший сержант.

— Ага, ты значит офицер, или как у вас тут принято говорить, командир — негромко пробормотал я, но более чем уверен, все меня слышали, особо голос я не понижал.

Придав тому сидячее положение, я вытащил из ножен на поясе кинжал и перерезал ему верёвки, освобождая от пут. Посмотрев прямо в открытые глаза лейтенанта, тот не мог ими двигать, и сказал:

— Сейчас я тебя освобожу, пообщаемся. Не советую нападать на меня или делать необдуманных поступков. Понял?.. Будем считать, что молчание знак согласия.

Сняв амулет с груди, я приложил его ко лбу лейтенант, отчего тот вздрогнул всем телом и яростно выругался. Голос у лейтенанта оказался мощный, трубный.

— Лихо завернул — в восхищении сказал я. — Успокоился? Готов к разговору?

— Готов — кивнул тот и, покрутив шеей, несколько неуверенно улыбнулся. — Никогда до этого не встречался с магами, а тут настоящий. Раз, и заклинания использует. На себе бы не почувствовал, никогда бы не поверил.

Наблюдая, как он растирает руки и ноги, я кивнул:

— Я тут у вас на Земле единственный маг, меня беречь надо. Ладно, давай о серьёзном. Значит план такой, я вас освобождаю, вы уничтожаете парализованных немцев, что сейчас нас слушают и вряд ли понимают, забираете пригодную технику и уезжаете. Как план?

— А вы?

— У меня свои планы, нужно их решить. Но чуть позже я собираюсь добраться до русских и возможно даже встретиться с вашим лидером Сталины. Это позже, сейчас я серьёзно ранен.

— Что-то не заметно — окинув меня взглядом, сказал лейтенант и, приняв у меня кинжал, стал резать путы у своих подчинённых или друзей. Не знаю кто они ему.

— Если не видно раны это не значит, что её нет, у меня действительно серьёзное ранение и требуется время чтобы её вылечить.

— Так может мы останемся с вами, будем охранять, а потом сопроводим к нашим? Вместе то уж мы пробьёмся к нашим, они тут недалеко.

— Ваши откатываются всё дальше и дальше, лейтенант, пешком не догоните. С техникой ещё сможете. Но для того я вас и отпускаю, что мне нужно чтобы вы уехали отсюда и шумели как можно громче уничтожая всё за собой, мосты и встречных немцев. Танки вперёд ушли, тут только пехота, вам нужно опасаясь лишь противотанковые пушки.

— Вы хотите, чтобы мы увели немцев подальше, и вы спокойно лечились? — прямо спросил танкист, возвращая мне кинжал.

— Именно так — согласился я.

— Что ж, я согласен, думаю, парни меня поддержат.

— Отлично, вот держи амулет, он уже активен, приложи к каждому ко лбу.

Тот быстро проделал необходимые процедуры и танкисты зашевелились, кто со стоном, кто с ругательством растирая кисти рук и ноги. Связали их крепко.

Забрав амулет, что вернул лейтенант, я спрыгнул с кузова и, осмотревшись, сказал, ему:

— Собирайте оружие, боеприпасы и амуницию, до наступления темноты вас тут уже не должно быть. И найдите мне офицера, причём живого.

— Зачем он вам? — спросил танкист, он стоял рядом, остальные тоже покинули кузов грузовичка и разбрелись, собирая оружие.

— Немецкий хочу выучить. Это быстро, пять минут и говоришь не хуже настоящего немца, а офицер ещё знает все уставы немецкой армии и имеет необходимый опыт, я тоже могу его забрать и внедрить в голову, получив новые умения и знания.

— Лихо — присвистнул лейтенант. — Даже не верится… А меня можете научить?

— Запросто, офицера тащи. Я ещё и твоих бойцов обучу.

Лагерь бы зачищен моему удивлению очень быстро, танкисты, особо не стесняясь и не колеблясь, перебили всех немцев кроме двух офицеров, молодого и пожилого. Как пояснил лейтенант, они все были злы на эту роту, что занималась ремонтом и восстановлением битой техники. Были у них причины для этого, серьёзные причины. Пленных было больше, но двоих просто расстреляли, за отказ подчиниться и работать на немцев, да и те, кто согласился, неявно саботировали работу.

Конечно же, мне было любопытство, хотелось узнать какой сейчас день и сколько времени идёт война, да и наше местоположение выяснить хотелось, но танкисты очень серьёзно отнеслись к тому, что через несколько часов нужно покинуть лагерь, поэтому даже летёха работал, и работал серьёзно, заколол, как и я когда-то, штыком десяток немцев, приволок по очереди за шкирки двух офицеров, лейтенанта и капитана. Так что время на расспросы появилось только тогда, когда я достал из баула нужные амулеты и, собрав немного кривую конструкцию надел её на голову молодого офицера.