Гэри Кларксон. Или Кларк. Я не думала, что он отличник, и это обеспокоило меня. Может он всё-таки был не против планирования, может он был куда более организованным, чем мне казалось.

Внезапно Лия подхватила телефон и повесила трубку. Это неожиданное движение вырвало меня из размышлений, и я проследила за её взглядом. В дверном проеме за моей спиной стоял Дин.

Он никак не прокомментировал услышанное. Он не стал угрожать рассказать Бриггсу о том, что мы нарушили правила. Снова. Он просто развернулся и тяжело зашагал вниз по лестнице.

Я выхватила у Лии телефон. Она даже не пыталась остановить меня. Он зазвонил. Я ожидала очередного звонка от Джеффри, но это был не он.

— Я должен кое-что с тобой обсудить, — не поздоровавшись, произнес Бриггс.

— А я — с вами, — ответила я. — Гэри Кларксон. Он умеет обращаться с оружием, ходил с Эмерсон на одни и те же занятия и был отличником в классе Фогла, — какой-то миг я колебалась, но затем добавила: — А ещё вам стоит проверить аспиранта профессора.

ФБР не дали нам файла Джеффри, и это явно было недочетом с их стороны. Пусть он не учился в этом классе, но он учился в этом университете — а ведь отец Дина так любил говорить нечто обманчивое, но в тоже время правдивое.

— Я проверю их, — пообещал Бриггс, — но прямо сейчас мне нужно, чтобы ты нашла всё, что можешь на Конрада Мэйлера. Он — выпускник, два года назад учившийся в классе Фогла.

— И почему же я ищу информацию о нём?

На другом конце провода повисла тишина.

Всего на миг, мне показалось, что Бриггс не ответит на мой вопрос, но после недолгого молчания, он заговорил.

— Именно он слил в интернет видео с места преступления.

Бриггс произнес это предложение так, чтобы я поняла — никаких больше расспросов.

— Ладно, — сказала я. — Конрад Мэйлер. Ясно.

Двадцать минут спустя я нашла всё, что вообще можно было найти в интернете на Конрада Мэйлера. Он учился на выпускном курсе факультета журналистики. Он слушал только инди музыку. Его любимыми фильмами были документальные. Он вёл блог, в котором оставлял едкие отзывы о разнообразных реалити-шоу. Судя по его аккаунту, он ходил в частную старшую школу и на полставки работал на студенческой радиостанции.

Его семейным положением было «всё сложно».

Его девушкой была Брайс Андерсон.

Твоё имя всплывает снова и снова, — я представила знакомую мне блондинку. Однажды я уже ошиблась, решив, что Н.О. должен быть мужчиной. И не важно, что на этот раз подсказывали мне инстинкты — я не могла рисковать очередной ошибкой.

Пролистывая статусы и записи Конрада, было сложно не догадаться, что он считал себя журналистом. Скорее всего, он заявлял, что заснял тело Эмерсон на видео и слил его в сеть потому, что у людей было право знать. Я почти удивилась, что он не запостил его в своем собственном профиле.

Словно в ответ на мои размышления, страничка обновилась. Конрад отправил новое видео. Готовясь к худшему, я включила его, но вместо трупа, я увидела толпу студентов, рассевшихся на деревянных стульях. Временная отметка на видео показывала 7:34 утра.

— Однажды профессор Джордж Фогл сказал, что назначая начало урока на 7:30 утра, он хотел отделить тех, кто учился у него шутки ради от тех, кто действительно хотел учиться криминологии, — камера показала комнату, и я узнала аудиторию.

Я бывала там раньше.

— Три дня назад триста семь студентов сдали первый экзамен по курсу «Чудовище или человек». Тем же утром триста восьмая студентка, Эмерсон Коул, была найдена мертвой.

— Нет белого шума, — сказала Слоан, подсаживаясь ко мне. — Кто бы ни записывал речь, у него явно есть приличное оборудование. А вот видео было снято на какой-то смартфон. Разрешение как минимум 1080, а может и выше.

Видео перешло от сцены в аудитории к уже знакомым нам кадрам — видео с телом Эмерсон. Рассказчик продолжил, но я выключила видео.

— Я бы спросил, серьезно ли этот парень занимается всем этим, — сказал Майкл, присоединяясь к нам, — но я и так знаю, что он серьезно. Он считает, что вот это — передовой журнализм. На его страничке в интернете.

— Он не убивал Эмерсон, — устало произнесла я. Конрад не подходил под описание. У нашего убийцы не было язвительного блога. И девушки вроде Брайс у него тоже не было — даже если у них «всё сложно». И человек, убивший Эмерсон, выставивший её тело напоказ, словно пёс, приносящий хозяину дохлую птичку, не начал бы этот «репортаж» с кадров из класса. Для нашего Н.О. класс не имел никакого значения.