Ещё и Гейтс вернулся. Всё ещё было несколько странно между ними. Но, по крайней мере, они уже общались. Лучше так, чем совсем никак.

Она вошла в класс режиссуры, практически в припрыжку, и с такой искренней улыбкой на лице, которую не в силах была стереть. Она узнала несколько лиц, с которыми посещала занятия в прошлом семестре. Брайна игнорировала их взгляды. Она привыкла к ним ещё с прошлого года, всё было из-за того, что её отец был режиссёром. Брайна изолировалась от них тогда, не беспокоит это её и сейчас.

С высоко поднятой головой, она заняла место в середине лекционного зала, и достала свой MacBook. Она напевала что-то себе под нос, листая фотографии, сделанные на этой неделе с девочками из группы поддержки. Когда почувствовала, как на соседнее место кто-то усаживается, и заворчала себе под нос. Ну почему из всей аудитории, где полно свободных мест, кто-то решил усесться именно возле неё?

Брайна подняла взгляд, чтобы сделать какое-нибудь едкое замечание по этому поводу, но так и не смогла его произнести.

— Ты.

Он лениво улыбнулся ей в ответ.

— И тебе, привет.

— Кэм, верно? — Спросила она неуверенно.

Прошлый раз они виделись в баре отеля Хью. Она оставила ему свой номер телефона, но он так и не позвонил. Брайна даже не вспоминала об этом до этого момента. Но теперь, когда он был здесь, она поняла, почему тогда дала ему свой номер.

— Верно. А ты Брайна? Надеялся встретить тебя.

— Почему же так и не позвонил тогда? — Обвинила она, глядя на него из-под ресниц.

— Даже не представляешь.

— Ну, вот я здесь. Кто мог подумать, что мы будем в одном классе?

Она склонила голову и облизнула губы.

— Значит, режиссура – твоя специализация?

Он пожал плечами.

— Я где-то посредине. Актёрство. Режиссура. Нравится и то, и другое. Я не против заниматься и тем и другим. На занятия по актёрскому мастерству тоже записался. А ты?

Брайна покачала головой. Она не хотела быть актрисой. Она предпочитала находиться по ту сторону камеры, как и отец, а не перед камерой, как мать. И лучше бы, ему ещё долго не знать, что её отец – Лоуренс Тёрнер.

— Жаль.

Брайна улыбнулась в ответ. Ей понравилось это. Это было легко. Вот видишь? Она может быть нормальной девушкой и флиртовать с простым парнем из колледжа. «Трин и Стейша будут гордиться мной».

— Это хорошо, хоть с кем-то быть здесь знакомым.

— Да ну? Я единственный человек, которого ты знаешь во всём кампусе?

— Ещё есть мой сосед по комнате – Карл, но не могу сказать, что знаю его.

— А меня, значит, знаешь? — Поинтересовалась она.

Кэм наклонился к ней ближе и улыбнулся.

— Как раз работаю над этим.

Брайна рассмеялась и ответила:

— Что ж, тебе понадобится больше, чем просто одно занятие, чтобы узнать меня. Я девушка с загадкой.

— А я довольно неплохо разбираюсь в людях, — он скользнул взглядом по её лицу. — Я бы сказал, что в тебе столько загадки, сколько ты сама того желаешь.

— Думаю, у тебя будет возможность выяснить это, — прошептала она.

В аудиторию вошёл преподаватель.

— Оу, надеюсь на это, — пробормотал он себе под нос.

Брайна старалась внимательно следить за лекцией, но она прекрасно понимала, что это первое занятие в году, и ничего важного им сегодня не сообщат. Вместо лекции, она пыталась разобраться, как быть с Кэмом. Он был хорош – высокий, блондин с карими глазами. Но определённо не в её вкусе… хоть и был весьма обаятельный. Он был слишком расслабленным, что никак не укладывалось в её понимание сильной личности. На самом деле, он был даже небрежен в своих джинсах, футболке и сандалиях. Он выглядел так, будто на сноуборде или на доске для сёрфинга, ему сейчас было бы куда комфортнее, чем здесь в Лас-Вегасе. Но это всё было часть его привлекательности.

Она обдумывала всё это, пока занятие не закончилось, и Брайна двинулась на выход, а Кэм последовал за ней.

— Ну, увидимся в среду, — сказала она.

— Эм, а ты свободна? — Спросил Кэм. — Можно что-нибудь перекусить вместе.

Брайна улыбнулась. Было необычно приятно, что к ней относятся, как к любой другой девушке. Как никто прежде в колледже. Хотя, её саму устраивало это в прошлом году, это было то, чего она хотела. Удивительно, как за один год могло всё измениться.