– Не мели ерунды, Маркус! – Ребекка продолжала переговариваться по микрофону.

– Ты оператор подзвучки. Ты отвечаешь за проигрывание в наушниках группы. Это никак

не связано с моей программой. Она отвечает за звук для зрителей, а не то, что слышит

группа. Тем более, ты даже не используешь мои настройки.

– Простите, ребята, – обратился Сед к зрителям. – У нас небольшие технические

проблемы. Мы скоро вернемся, никуда не расходитесь. – Его голос с задержкой в пол

секунды послышался в их наушниках.

– Или можете начать раздеваться, – сказал Трей, и его голос также зазвучал в их

наушниках. Он поднял край своей футболки, демонстрируя живот группе фанаток в

первых рядах возле сцены.

По эху в его наушниках, он мог с уверенностью сказать, что это была ошибка

оператора подзвучки. Ребекка отвечала только за усилители, и не имела никакого

отношения к передаче звука между музыкантами. Это была работа Маркуса. Неужели он

думал они настолько тупые, что не поймут этого?

– Тогда объясни, откуда взялось эхо в наушнике, когда Сед и Трей говорили в

микрофоны? – говорила Ребекка, задыхаясь от гнева. – Ты не можешь винить в этом мою

программу или настройки. Может они не знают, как это работает, но я в этом разбираюсь.

Ты пытаешься выставить это моей ошибкой, чтобы они меня уволили.

– Это полный бред – зарычал Маркус. – Девочка, да ты …

– Пойми, ты, придурок, дело не в нас. А в группе, их выступлении, и

многотысячной толпе, пришедшей на концерт, – продолжала Ребекка. – Так что, вытащи

свою самовлюбленную голову из задницы, и делай свою гребанную работу. Если у тебя

есть ко мне претензии, выскажешь их после концерта.

– Черт, милая, – сказал Эрик себе под нос. – Обожаю, когда ты такая властная. Это

меня так заводит.

Зрители взорвались оглушающим смехом. Сед повернулся, глядя на него с

удивлением. Эрик побледнел.

– Дерьмо, я забыл о включенном микрофоне, – сказал Эрик.

Зрители вновь засмеялись.

– Я понял, в чем проблема – каждый услышал в наушнике слова Маркуса. По

крайней мере, зрители не слышали его, и маленькую сексуальную тираду Ребекки. Задавая

следующий вопрос его голос, звучал уже не так уверенно. – Хотите начать песню сначала?

– Они все починили, – обратился Сед к толпе.

Джейс снял гитару, и вернулся за рояль. Джон сиял, когда вернулся на сцену со

своим басом. Сегодня ему представится возможность сыграть два раза вместо одного.

– «Прекрати» с самого начала, – сказала Ребекка. – Начинайте, когда будете готовы.

Оставшаяся часть шоу прошла без инцидентов. После концерта Эрик взял бутылку

воды, и, дождавшись, когда все разойдутся, пошел на поиски Ребекки. Скорее всего, она

будет расстроена случившимся, и у него была огромная потребность утешить ее. А после

приодеть в костюм развратного копа, чтобы она могла отчитать его как следует.

Он нашел ее за кулисами вместе с Маркусом. Рядом с ними стоял недовольный и

разгневанный Сед. Эрику не раз попадало от Седа в таком состоянии, и в этом не было

ничего хорошего.

Когда Ребекка попыталась высказаться в свое оправдание, Сед выставил руку,

затыкая ее. – Мне насрать, чья это вина. Я не потерплю повторения случившегося. Вы

меня поняли?

Ребекка закусила губу, пытаясь сохранить самообладание.

– Не ори на нее, – сказал Эрик Седу.

Сед посмотрел через плечо.

– Я не ору.

Эрик скривил бровь.

– А мне кажется, орешь.

– Гастроли итак выматывают, не хватало нам еще разборок между

звукорежиссерами.

– Такого больше не повторится, – ответил Маркус. – Я нашел проблему и устранил.

– Если вы двое еще раз начнете спорить во время выступления, вы оба будете

уволены? Усекли? – продолжил Сед.

Ребекка угрюмо кивнула.

Маркус же начала размахивать руками.

– Сед, я уже 4 года в вашей команде. Ты не можешь…

– Маркус, мне плевать, будь ты даже моим отцом. Еще раз сорвешь концерт