Джон отговорил меня, сказал, что ты итак был взбешен. И все так быстро произошло,

Джона выгнали из группы, мы остались без гастрольного автобуса. Нам пришлось

отменить концерты. Уволить некоторых членов команды. Проблемы нарастали, как

снежный ком.

– Меня бросила Джессика.

Эрик опять поморщился.

– Ага.

– Тогда я думал, что она бросила меня из-за этого. А оказалось, я был эгоистичной

скотиной, но в тот момент я во всем винил Джона. Он потратил наши деньги, и я не смог

заплатить за ее обучение в юридическом.

– Послушай, если бы я знал, то ни за что бы не отдал той женщине пятьсот баксов.

Мне просто стало ее жалко, и детишки были такими милыми. – Эрик боялся смотреть на

Седа, поэтому взглянул на него одним глазом. – Я говорил, что они были голодными и

хотели пить?

– Ты отдал незнакомке наши пятьсот баксов?

– Да, я знаю. На них она смогла бы заправиться, купить еды, и для других нужных

вещей. Конечно, было бы лучше, если бы я ей дал тысячу. Просто я…

– Щедрый идиот, я понял. – Сказал Сед, проводя рукой по лицу. – Эрик, в сейфе

было не пятьсот баксов. Там лежало восемь тысяч.

Эрик прочистил уши.

– Прости, кажется, я не расслышал. Я точно помню, там было всего пятьсот

долларов. Я их забрал, и сейф был пустой.

– И это был твой самый идиотский поступок. – Сед ударил его по руке, но не

сильно. Разве он не должен быть в бешенстве? Может, он спокоен, потому что прошло

много времени и все сложилось как нельзя лучше? К счастью. – Ты не задумывался,

почему Джон так рьяно хотел взять всю вину на себя?

– Потому что он был моим лучшим другом.

Сед покачал головой.

– Он не хотел, чтобы ты знал, что он потратил семь с половиной тысяч на

наркотики. Помнишь, он тогда только вышел из реабилитационного центра.

Эрик кивнул.

– А помнишь, как он туда попал?

– Он взял кредитную карту группы, и снял оттуда все деньги, чтобы покрыть долги

за весело-проведенные выходные.

– Он снял всю зарплату команды.

– Да, тогда у нас начались проблемы.

– После этого я стал платить зарплату наличными.

Эрик посмотрел на Седа, прокручивая в голове события, добавляя только что

услышанную информацию.

– Он забрал из сейфа деньги, отложенные на зарплату?

– Доброе утро, Эрик. Рад, что ты наконец-то проснулся.

– То есть все это время, он заставлял меня чувствовать вину, за то что, сделал он

и…

– Держать тебя на крючке.

– Вот козлина!

– Я уже несколько лет пытаюсь открыть тебе глаза. Ты становишься слепым, когда

дело касается близких тебе людей. Ты доверчивый, как дворняга.

Это правда, Эрик не мог это отрицать. Конечно, ему не понравилось сравнение с

собакой, но его называли и похуже.

– Тогда зачем ты пригласил Джона. Почему он гастролирует с нами?

– Потому что ты этого хотел.

– И с каких пор, всем важно мое мнение?

– Так было всегда, Эрик? Чего бы добились «Грешники» без тебя? Явно не того, что

есть сейчас.

Эрик уставился на Седа. Что он имел в виду? Большую часть времени группа

просто терпела его чудачества, и он без сомнения был самым непопулярным участником

группы.

– Эрик, ты мозг нашей группы. Ты пишешь гениальную музыку. Тот маленький

кусочек серого вещества в твоей голове, делает нас потрясающими. Так было и будет

всегда.

– Тогда почему ты всеми командуешь? И берешь на себя всю ответственность? И

ведешь себя как лидер группы, словно мы обязаны тебе нашим успехом?

– Ты думаешь, мне нравится вся эта ответственность? – Сед замолчал и улыбнулся,

показывая обе ямочки на щеках. – Ладно, признаю, мне это нравится. Но ты это

ненавидишь. Эрик, у тебя слишком большое сердце. И люди начнут этим пользоваться.

Тебе бы пришлось столкнуться с множеством важных вопросов, и это бы уничтожило

твою креативную энергетику.

Эрик зарычал

– Блять, ну почему тебе обязательно нужно быть правым во всем. Ты хоть знаешь,

как это бесит?

– Не-а, – Сед обнял Эрика за плечи, и они пошли к автобусу. – Тебе полегчало? Ты