Генри замешкал.

— Я думал обсудить это с тобой после встречи с советом.

— Что именно?

— Твою свободу. — Он поднял голову, и я замерла. — После всего, через что тебе пришлось пройти из-за меня, я не смею просить тебя вернуться осенью, независимо от решения совета.

Я попыталась скрыть обиду, но, судя по вспышке в его глазах, он все заметил.

— Ты не хочешь, чтобы я возвращалась?

— Будь все по-моему, ты бы никогда не уезжала. Но наша сделка заключалась не в этом… более того, из-за меня ты пережила много трудностей. Я не хочу и дальше делать тебя несчастной, заставив вернуться сюда. Посему, я предлагаю тебе свободу, вне зависимости от решения совета. Вечную свободу.

Ушло пару секунд, прежде чем я поняла, что он говорил. Он хотел, чтобы я осталась, но чувствовал себя виноватым… почему? Из-за Каллиопы?

— Но я хочу вернуться, — выпалила я. Мысль о том, что мы никогда не увидимся, заставила мое сердце биться чаще. Может, он этого не понимал, но поместье Эдем — все, что у меня осталось. — Что мне делать, если ты не позволишь мне вернуться? Ты, Ава, Элла, София и… и…

Я запнулась, будучи не в состоянии продолжить мысль, и вытерла слезы с глаз. Отбросив карты, Генри провел ладонью по моей щеке.

— Если ты хочешь вернуться, то я буду только рад. Это твой выбор, и если ты предпочтешь остаться здесь, вместо того чтобы жить своей жизнью… я не могу передать словами, как много это для меня значит.

— Но я живу своей жизнью, — горько продолжила я. — Я могу это делать и с тобой. Даже если это немного нетрадиционно еще не значит, что это хуже, чем жизнь в открытом мире. Это даже лучше! Гораздо.

Он заколебался.

— Ты очень добра, и я счастлив, что ты так думаешь. Но, позволю себе сказать и понадеяться, что тебя это не обидит… ты не жила, Кейт. Ни здесь и ни в реальном мире. Ты ждала смерти своей матери, а теперь, когда это произошло…

— Теперь единственное, что у меня есть, это поместье и ты. Понадобится нечто большее, чем орудующий ножом убийца, чтобы я тебя бросила.

Вместо того чтобы начать со мной спорить, Генри широко улыбнулся. Такой улыбки я не видела со времен своей смерти.

— Отлично, значит, наши чувства взаимны. — Он поднял колоду карт. — Продолжим? Я слышал, что на шестой раз дуракам везет.

Я закатила глаза.

— Ты выиграешь, когда Ад заледенеет.

Он поднял бровь.

— Это легко устроить.

***

Когда совет созвал встречу накануне весеннего равноденствия, я так и не успела прийти в себя достаточно, чтобы ходить без чужой помощи. Ава и Элла помогли мне одеться, и когда они закончили, я до того устала, что отчаянно хотела залечь обратно в кровать.

— Может, они подождут еще один день, — сказала Ава, закусывая губу. Я сидела в кресле Генри и хваталась руками за голову.

— Нет, — скривилась я. — Все нормально. Просто дайте мне еще минутку.

Они заставили меня надеть белое платье, и я старалась не двигаться, чтобы не порвать швы. Единственный плюс моих ранений заключался в том, что корсет был под запретом, но это также значило, что между тканью и моими повязками было очень маленькое расстояние. Одно неверное движение, и я предстану перед советом с залитой кровью грудью.

— Хочешь, чтобы я позвала Генри? — спросила Элла. Она все еще вела себя отстраненно по отношению к Аве, но после инцидента у реки девушка решила проявить терпимость. Наверное, тот факт, что Тео и Ава опять сошлись, никак этому не способствовал, но Элла держалась молодцом. Надо отдать ей должное.

— Не стоит, — отозвался низкий голос. Я убрала руки от лица и увидела Генри в дверном проеме. — Девушки, вы свободны.

<