«Возвращаюсь домой к Шейну. Тебя кто-нибудь подвезет, или мне забрать тебя сейчас?»

Я взглянула на Кэша и почувствовала, как бабочки порхают в моей груди. Четыре часа назад я бы отдала все, лишь бы уехать отсюда. Но сейчас почти полночь, а я не хочу ничего сильнее, чем остаться здесь. Или быть где угодно, но с Кэшем.

– Эм, эй, – сказала я, собравшись духом. – Ты… как думаешь, сможешь подвезти меня домой, когда развезешь друзей?

Он повернулся и взглянул на меня.

– Да, конечно. В машине хватит места.

– Прекрасно, спасибо тебе. Мой водитель уезжает и… ну, мне нужно написать ей.

Я ответила Хлое и положила телефон в сумку. После чего повернулась к Кэшу, и он улыбнулся. И снова меня поцеловал.

Я объяснила Кэшу, как проехать до моего дома, после того как час спустя он развёз своих пьяных друзей. С сожалением я наблюдала, как мы все ближе приближаемся к моему дому. Я не хотела, чтобы ночь заканчивалась. Я не хотела быть вдали от Кэша.

Все в Кэше заставляло меня таять. Запах его одеколона. То, как он произносил мое имя. Постоянные искорки в его зеленых глазах. И понимание, что ни одна девчонка не заходила с ним так далеко. Знание, что я поцеловала Мистера Недосягаемость и он назвал меня удивительной, заставляло меня чувствовать себя особенной, настоящей до головокружения.

Мы провели вместе лишь несколько часов, но я уже так привязалась к Кэшу. Быть с ним самой собой, расслабляться рядом с ним – все это было так легко. Намного легче, чем с кем-либо другим.

Мы несколько минут целовались в его машине, после того как заехали на подъездную дорожку. Медленно и непринужденно. Он не заходил дальше, чем я хотела, и я была благодарна за это. К тому же, я все еще отходила после разрыва с Рэнди и не хотела торопиться.

Но вот он отстранился. Провел пальцем по моей нижней губе, говоря:

– Тебе пора идти домой. Не заставляй своих родителей волноваться.

– Только папу, – пробормотала я, желая продолжить поцелуй, но понимая, что он прав. Если папа проснётся и обнаружит, что дверь до сих пор открыта в ожидании меня, то рассердится. Я вернулась на час позже назначенного времени, ставя на то, что он рано ляжет спать и ни за что не заметит моего опоздания.

– Дай мне свой телефон, – сказала я.

Он передал мне телефон, старенький Нокиа, которые были у всех в шестом классе. Я не могла не улыбнуться, забивая в него свой номер. Он широко улыбнулся, когда я возвращала телефон, и поцеловал напоследок. Быстро. Плавно. Оставляя меня желать большего.

– Я включу фары, чтобы подсветить тебе, – сказал он.

– Спасибо.

Фары включились, освещая подъездную дорожку к дому и папин фургончик.

– Фанаты американского футбола, ха? – сказал Кэш.

– О, да, – ответила я. – Ну знаешь, мой брат сам играл, и, конечно же, они поддерживали Рэнди.

Я не думала в тот момент о соперничестве. Я совершенно не думала о спорте. Было лето, я была свободна от всего этого. Или я так думала. Но лицо Кэша чуть потемнело при упоминании об американском футболе, и я быстро осознала свою ошибку.

– Позвони мне, – сказала я, нащупывая дверную ручку. – Я прекрасно провела сегодня время. Правда.

Он повернулся ко мне лицом, и я подумала, что его глаза все еще слегка насторожены. Или, может, он просто устал. Или я устала, и зрение меня подводило. Потому что его голос звучал нормально.

– Я тоже прекрасно провел время, – сказал он. – Спокойной ночи, Лисса.

– Спокойной ночи.

Я вышла из машины и побежала по дорожке. Остановившись на крыльце, я увидела, как машина Кэша исчезает за углом. Когда последний луч света от его задних фар исчез, я вошла в дом.

Но радость этого вечера быстро улетучилась.

После всего того, что мы, как мне казалось, разделили, Кэш мне так и не перезвонил. Я ждала три недели – и ни звука. Даже ни одного сообщения. Как будто той ночи никогда не было – и я думала, что, возможно, ее и правда не было. Словно я ее нафантазировала. Придумала, как способ развеяться после Рэнди. Как идиотка, я не взяла номер Кэша.

Но это было неважно. Ведь он отверг меня. Это было очевидно.