– Ты такая сексуальная, когда ревнуешь, – сказал он мне. – Но в этом нет необходимости. Ведь, сказать по правде, знаешь, о чем я думал во время этой сцены?

– Хочу ли я это знать? – спросила я.

– Я думал о том, как сильно хочу восстановить эту часть в душе с моей горячей, – он поцеловал меня в щеку, – сексуальной, – поцеловал в шею, – великолепной девушкой, – он нежно поцеловал меня в губы, затем слегка отстранился. – И что ей не потребуется дублерша, потому что она уже идеальна.

– Ах ты, льстивый болтун.

– А еще я думал, что я сексуальней, чем тот парень, которого она оприходовала в душе. – Я рассмеялась. – Я такой, разве нет?

Вместо того чтобы ответить – потому что, честно говоря, актер в фильме был довольно хорош – я вплотную прижалась к нему и снова поцеловала. Мы сидели на его кровати, но через несколько минут я почувствовала руку Рэнди у себя на пояснице, когда он попытался опрокинуть меня назад.

Я отстранилась, положив руку ему на грудь.

– Нет... Я имею в виду, не сегодня.

На секунду я почувствовала себя виноватой, когда Рэнди убрал от меня руки и отвернулся в другую сторону. У нас был действительно прекрасный вечер, мне было неприятно все портить, расстраивая его.

Но я поклялась, и в итоге это будет того стоить. Соперничество скоро закончится, а у нас с Рэнди будет еще много таких идеальных свиданий, как это.

– Хочешь посмотреть фильм или еще что-нибудь? – спросила я, вставая и поправляя юбку на бедрах.

– Я не понимаю, – сказал он. – Вечер был прекрасным… ты хорошо провела время, верно?

– Да. Конечно, хорошо.

– Тогда почему бы не закончить его на хорошей ноте? Сделать особенным?

– Мне просто... не хочется сегодня. Но мы можем посмотреть фильм или еще что-нибудь сделать, и тогда мы также закончим его на хорошей ноте.

– Мы только что смотрели фильм.

– Мы можем посмотреть другой.

– Лисса, – заскулил он, сделав щенячьи глазки, – пожалуйста? Если ты не хочешь, мы можем сделать, например, кое-что другое.

Его наводящая ухмылка дала понять, что «кое-что другое» не подразумевало просмотр фильма.

Я уставилась вниз на ковер, теребя в руках подол юбки.

– Я же сказала. Мне не хочется сегодня.

Он наклонил голову набок и выпятил губы, как маленький ребенок.

– Ну же, давай. Я сделаю что угодно. Я буду умолять.

Он плюхнулся на спину, соединив в воздухе руки, как делает собака в ожидании, когда хозяин почешет ей живот. Он даже попискивал, как маленький щенок.

– Перестань, – сказала я. – Ты глупый.

– Но ты любишь меня.

– Люблю.

Он сел и серьезно на меня посмотрел.

– Тогда почему нет?

Я могла бы рассказать ему о забастовке, о наших требованиях относительно прекращения соперничества, но не могла выдавить и слова. После хорошего свидания не хотелось расстраивать Рэнди сильнее, чем уже пришлось, ведь я знала, что известие о забастовке совсем не улучшит его настроения.

– Я вроде как устала, – сказала ему. – Рано проснулась, чтобы закончить домашнее задание и просто выдохлась. Мне жаль. Но тебе необязательно пока везти меня домой. Мы можем просто свернуться калачиком на диване... Что скажешь?

Рэнди вздохнул и встал.

– Да, звучит неплохо. Кроме того, этой ночью все должно быть для тебя. – Он поцеловал меня в щеку. – Но это значит, что скоро у нас должна быть ночь только для меня, где все будет по моему желанию.

Он усмехнулся и сжал мое плечо, прежде чем выйти из комнаты и спуститься вниз.

Этого не произойдет в ближайшее время, подумала я виновато и спустилась в гостиную следом за ним, где мы завершили наше свидание, устроившись в обнимку на маленьком диване за просмотром фильма с Леонардо Ди Каприо.

Глава 9

– Эй, Лисса!

Днем следующего вторника я шла на урок по истории США, когда Сьюзен Порт – девушка Лютера, полузащитника – схватила меня за руку. Прежде чем я успела ее отдернуть, она потащила меня в ближайший женский туалет.