В ответ я подняла руки над головой. Я все так же оставалась на его коленях, когда он сел и осторожно стянул с меня футболку. Она упала на пол, но Кэш застыл, пристально рассматривая меня. На секунду я почувствовала смущение. Он коснулся рукой моего лица, медленно провел пальцем по моему подбородку, шее, ключице, остановившись на груди, как раз над моим колотящимся сердцем.

– Боже, – прошептал он. – Ты прек…

Мои губы вновь нашли его, заставив замолчать. Я сильнее прижалась к нему, чувствуя новизну ощущений от прикосновения его теплой кожи к моей, и толкнула его обратно на кровать.

Позже, намного позже, после множества долгих, нежных поцелуев, я обнаружила что лежу на спине и перевожу дыхание, в то время как Кэш, оставив мои губы, двинулся вниз, к моей шее и плечам.

– Лисса, – вновь пробормотал он мне на ухо. Лишь мое имя, но оно так прекрасно звучало, когда он произносил его своим глубоким, низким голосом. Так успокаивающе. Так правильно, но…

Но затем я почувствовала его руку у себя на спине, шарящую по застежке моего бра, и пришла в себя. Вспомнила о клятве, о забастовке, о плане, который должна была довести до конца. Ничто из этого не остановило мое желание сделать то, к чему все шло – потому что мое тело кричало, что это именно то, чего я хотела. Но теперь я вспомнила обо всем, и меня неожиданно накрыло чувство страха.

Я с ужасом осознала, как далеко позволила всему зайти.

Насколько сильно потеряла контроль.

– Нет, – выдохнула я, толкая Кэша в плечо. – Нет. Забудь. Я… Я не…

Кэш убрал от меня руки и откатился, практически упав со своей односпальной кровати, когда я рванула в другую часть комнаты, подальше от него.

– Лисса, – сказал он, – Лисса, все в порядке. Нам не обязательно… Я не ожидал…

– Ненавижу тебя, – сказала я, натягивая свою футболку, сначала тихо, так что, возможно, он и не расслышал, а затем все громче, громче и громче. – Ненавижу тебя. Ненавижу.

– Что? – спросил он с удивлением.

– Ненавижу. – Но это была ложь. Я не ненавидела его. Я ненавидела те чувства, которые он во мне вызывал. Любила их и ненавидела одновременно. Все это было так волнующе, но и опасно тоже. Мне никогда не удавалось контролировать себя, когда я с Кэшем, и это ужасало.

Прежде это не было проблемой. Никогда. С Рэнди я всегда, всегда была в состоянии удержать мяч на своем поле. Но с Кэшем… Было трудно его оттолкнуть. По большей части я даже не хотела этого, несмотря на то что должна была. Несмотря на то что он играл со мной раньше и будет делать это снова.

– Ты мудак, – сказала я, разворачиваясь к нему лицом. Он сидел на своей кровати, недоуменно глядя на меня широко раскрытыми глазами, забыв надеть футболку. – Ты лишь играешь с людьми! Это все для тебя лишь игра, не так ли? Влюбить в себя девушку, а потом никогда… Ты морочишь девчонкам головы, вынуждая думать, что они особенные, а на самом деле тебе плевать.

Он моргнул, глядя на меня, прежде чем найти и натянуть через голову футболку.

– Лисса, – сказал он, восстановив дыхание. Его голос был ровным, но тихим. – О чем ты говоришь?

– Ты забавляешься, манипулируя другими, – сказала я. – Перестань морочить девушкам головы. Это неправильно, эгоистично и жестоко.

– Погоди, это я манипулирую? – неожиданно Кэш вскочил, глядя на меня через тесную комнату так, словно я была ненормальной. – Не знаю, зачем ты это говоришь, но сейчас ты действительно лицемеришь. Если кто и морочит людям головы, так это ты.

– Прости, что?

– Вся эта забастовка превратилась в способ поиметь людей, Лисса, – рявкнул он. – Одно дело, когда вы просто бойкотировали секс, но сейчас… Посмотри на себя. Ты используешь секс, чтобы добиться желаемого – играешь моими чувствами ради собственной выгоды. За этим ты пришла, верно? Я не дурак. Это ты жестока, Лисса. Не я.

Я ухмыльнулась.

– Ты не лучше – управляешь парнями, пытаясь нас соблазнить.

– Мы никем не манипулируем, – сказал он.

– Именно это вы и делаете! – выкрикнула я.

– Лисса, парни не делали ничего подобного, – запротестовал он. – Возможно, тот случай с бассейном и был ошибкой, но он не идет ни в какое сравнение с…

– Я говорю не о чертовом бассейне.

– Мы не играли и не дразнили так, как вы.

Я уставилась на него.

– Так ты согласен с другими парнями в школе? Думаешь, я динамо, да?

Лицо Кэша слегка смягчилось.

– Лисса, – быстро сказал он, – твой выбор не спать с Рэнди не делает тебя дразнилкой. Это говорит о том… Ну, это говорит о том, что ты умная, а еще независимая. В этом решении нет ничего плохого. Изначально в забастовке тоже не было ничего плохого, когда вы просто говорили «нет». – Он чуть ближе подошел ко мне, не сводя с меня своих зеленых глаз. – Использовать чувства людей против них же, манипулировать ими – это плохо. Но именно так и поступают некоторые девчонки, участвующие в забастовке. И то, как ты пытаешься мной манипулировать… это делает тебя дразнилкой: просто трахать людям мозги, чтобы получить желаемое – тот контроль, которого ты так отчаянно жаждешь – ничего не отдавая взамен.