— Впрочем, откуда бы вам знать… Регулус получил Метку, когда еще не окончил школу! Родители были горды… — Блэк прикусил губу. — А уж как задирал нос этот дурак!.. Вот и поплатился, идеальный сын, а я — предатель рода, выжженный с родового гобелена, все еще жив!

Я покосился на Риддла. Глаза у того разгорелись, даже обычно бледное лицо разрумянилось: кажется, он что-то задумал, потому что так Том выглядел, только замышляя очередную опасную авантюру.

— Словом, — вдруг завершил мысль Блэк, — в этот склеп никому нет хода без моего разрешения.

— Но это же идеальное убежище, — мягко проговорил Том. — Даже если вас попытаются отыскать там, то все равно не найдут, ведь так?

— Да, но сколько я смогу там прятаться? Месяц? Год? Всю жизнь? — тот с силой потер лицо ладонями. — Я там свихнусь. Ненавижу этот дом… и он меня ненавидит.

— А может, не стоит судить так опрометчиво? — спросил Риддл, заглядывая Блэку в глаза.

Когда он вот так смотрел, девицы моментально теряли силу воли, да и на сверстников это действовало, что уж говорить о мелочи вроде нашей компании! Но я впервые видел, чтобы взрослый волшебник (пусть сильно ослабленный и запутавшийся) так легко поддался магнетизму этого взгляда.

— О чем ты?

— Я бедный студент, иностранец, и мне негде жить, — улыбнулся Том. — Я мог бы остаться в школе на каникулы, но тогда мне будет сложно подрабатывать…

Я догадывался, какими именно подработками он промышляет, но промолчал.

— А не будет работы — не будет и денег, а вы, полагаю, представляете, каково старшекурснику без кната в кармане, — продолжал Риддл, и на лице Блэка отразилось понимание. Верно, он же сбежал из дома и жил у друзей какое-то время, эту историю я слышал! — Особенно на Слизерине, где за потрепанную мантию и подержанные учебники могут засмеять…

Я молча кивнул: благотворительный фонд — это прекрасно, но к тем, кто пользовался его услугами, все равно относились, как к людям второго сорта. Правда, мало кто осмелился бы высказать это в лицо Тому. Помнится, на чье-то замечание касаемо потрепанных книг он ответил в том духе, что мудрость, заключенная в означенных книгах, не истирается со временем, в отличие от дорогущей мантии уважаемого собеседника, которую тот, к слову, носит второй год, надставляя подол — коротка стала.

— К чему ты клонишь? — нахмурился Блэк.

— Я хочу снять у вас комнату, — ответил тот и улыбнулся, а перед этой улыбкой не могла устоять даже суровая МакГонаггал, и если она и назначала Тому отработку, то как-то… хм… застенчиво, что ли? — Вы не рехнетесь от скуки, а я, во-первых, не потрачусь на дрянную комнатенку в том же «Дырявом котле» или маггловском мотеле, во-вторых, стану приносить вам свежие новости, в-третьих, всегда смогу взять на прогулку по городу и окрестностям большого черного пса… уж простите, Сириус, вам придется потерпеть ошейник и поводок! А если мы с вами явимся к моим подопечным, вы покажете им что-нибудь интересное, правда? Я ведь еще многого не знаю… В-четвертых, вы, разумеется, пустите меня в свою библиотеку, ну а в-пятых, я придумаю, как организовать вам свидание с Гарри, чтобы комар носа не подточил!

— По рукам! — воскликнул Блэк, и они ударили по рукам.

Я только головой покачал: Том был в своем репертуаре! Все знают, что лучше всего запоминается последняя фраза, он и выложил козырь. А слова насчет библиотеки, уверен, Блэк пропустил мимо ушей, как и все остальное: Том был большим мастером забалтывать людей! А уж что он мог обнаружить в библиотеке Блэков, известных пристрастием к темной магии, я даже представить боялся: если у миссис Лонгботтом хранятся серьезные труды на эту тему, то уж что там завалялось в библиотеке на площади Гриммо…

— Вот и прекрасно, — ухмыльнулся Том и встал. — Нам пора. Потерпите — недолго уже осталось. Мы разделаемся с экзаменами, выпустим вас в Хогсмит, а оттуда вы аппарируете в Лондон. Сможете ведь?

— Конечно!

— Вот… Там покажетесь магглам, ну, еще где-нибудь мелькнете, чтобы стало ясно — вы больше не возле Хогвартса. Надоели мне эти дементоры, сил нет, — пожаловался Риддл. — Может, хоть так охрану снимут? Гм, так о чем я? Ах да! Вы аппарируете к себе домой, а там и я подойду. Договоримся, где встретиться? Сам-то я к вам попасть не сумею…

— Конечно, условимся, я встречу… — от волнения Блэк заговорил отрывисто, и мне вдруг стало жаль его: он так хотел на волю, что готов был согласиться на общество совершенно незнакомого мальчишки, пустить его в свою крепость, пусть ненавистную, но надежную, посвятить его в семейные тайны, открыть фамильные секреты… лишь бы не быть одному. И даже желание встретиться с крестником немедля не могло перевесить страха одиночества…

Риддл коротко взглянул на меня, я поспешил отвести глаза, но он наверняка успел уловить если не мои мысли, то эмоции.