Словом, с одного выстрела нам досталось как следует, и повторения не хотелось. Благо у «РПГ-7» достаточно низкая скорострельность – длинную гранату надо засунуть в трубу пусковой установки, потом прицелиться и нажать кнопку электропуска. За то время, пока бандит перезаряжал свою адскую машинку, я успел прийти в себя, сбить пламя с одежды Артема и потащить его за шиворот по коридору. Необходимо было куда-то свернуть, иначе следующая ракета может довести начатое до конца. До нашего, разумеется. Компьютер, выбитый из рук Артема ударной волной, я не стал искать – не было времени. Но жизненно важную информацию, которая столь случайно и столь счастливо на нем обнаружилась, я запомнил накрепко. А информация была такая: «Приветствую вас, коллега. Можете приступать к выполнению своих обязанностей. Ваш личный код доступа для цифровых замков 3467».

Артем был в сознании, пялился в потолок, пока я его тащил. Просто его так прилично контузило, что самостоятельно двигаться он пока не мог. И говорить, похоже, тоже не мог. Но это временное явление.

За спиной прогрохотал еще один взрыв. Меня швырнуло на пол ударной волной, но я поднялся и снова взялся за живую ношу. Кроме того, в Зоне было нерушимое правило – оружие и снаряжение нельзя бросать ни при каких обстоятельствах. Потому что спасенная жизнь без него все равно не будет стоить ровным счетом ничего. Так что я тащил Артема с его рюкзаком, за плечами болтался мой, а другой рукой я волок за ремни два автомата и две снайперки.

Когда начал приходить в себя, одну разрядил и бросил – у нее был взрывом разбит прицел.

Наконец я ввалился в помещение, из которого убегал влево коридор, заканчивающийся заветной бронированной дверью. В нее продолжали колотить изнутри, так что я не спешил открывать ее. Надо было подумать, что делать дальше.

– Эй! – я шлепнул Артема по щеке. – Ты как вообще?

– Кажется, мне пипец... – одними губами прошептал он.

– Фига-с-два. Не дождешься.

– У тебя есть код от двери? – спросил он чуть более внятно.

– Да. Только там кто-то очень большой и, судя по всему, до крайности агрессивно настроенный.

– Но он один. А бандитов немерено. Открывай.

– Стремно! – признался я, глядя, как ходит ходуном тяжеленная дверь.

Но надо было решаться. Я зарядил гранату в подствольник, сменил магазин автомата и набрал код на замке. Дверь клацнула и отворилась. За ней показалось довольно обширное помещение с металлической лестницей, ведущей в зал, заставленный компьютерной техникой. И никого. Ни рычаний, ни страшных фигур. Вообще ничего. Чисто.

– Хрень на палке, – хмуро произнес я. – Может, оно тихо притаилось за углом?

– Гранату... – прошептал Артем. – За угол. Оборонительную...

Я сорвал у него с пояса «Ф-1», швырнул через порог и запер дверь. Садануло внутри будь здоров, аж труха с потолка посыпалась. Я снова набрал код и заглянул в открывшееся помещение. Никого. И никакого тела тоже не было. Тогда я решительно схватил Артема за шиворот, перетащил через высокий металлический порог, подтянул оружие и снова запер дверь. Теперь уже изнутри.

– Ушли? – спросил Артем.

– Ну, на какое-то время. Хотя из «РПГ» они в дверь бить не будут, коридор слишком короткий, самих накроет. Но у них есть газовый резак.

– Я знаю.

– Так что если северный выход из Х-18 является современной легендой Зоны, то можно всерьез задумываться о следующей реинкарнации.

Оставив Артема, я начал исследовать помещение. Ничего похожего на документы, затребованные барменом, или на выход я не нашел. Оставалось только подняться по лесенке и обследовать серверный зал. Но стоило мне туда сунуться, как в лицо мне шарахнуло высокотемпературным пламенем. Я соскочил со ступенек, думая, что снова влип в «Жарку», но тут же ощутил за спиной движение. Обернулся и обомлел – на меня летел такой же искристый шар, какой представлял собой полтергейст, но не синий, а огненно-красный. И все на его пути превращалось в гудящее пламя.

Рефлекторно я отскочил с его траектории, но, сделав крутой боевой разворот, шар снова устремился на меня. И тут, совершенно для меня неожиданно, грохнула автоматная очередь. Шар метнулся в сторону, и это помешало ему попасть точно в меня. Я рванул к стене, и тут снова саданул автомат – двумя короткими очередями и одной длинной. Шар вспыхнул и пропал.

Я обернулся в сторону лежавшего у двери Артема и увидел, что у него в руках исходит сизым масляным дымом автомат с подствольником.

– Ни фига себе ты стреляешь в таком состоянии! – потрясенно воскликнул я.

– Я в любом состоянии стреляю примерно одинаково, – спокойно ответил напарник. – Иначе это умение вообще ни к чему.

И я понял, что он не хвастается. Просто констатирует факт. Так вот, запросто. И я ему за это сразу оптом многое простил. Еще не зная, что именно, но уже понимая – этот человек, во-первых, непрост, а во-вторых, у него есть какая-то очень важная цель. Потому что именно такие, твердые, как кремень, люди ставят перед собой невыполнимые цели и достигают их. А в-третьих... Артем чем дальше, тем больше вызывал у меня уважение. И если он что-то скрывает от меня, значит, на то имеются очень серьезные причины. Архисерьезные. И я решил пока не донимать его. Просто приглядеться и понять, что к чему. По каким-то мне самому непонятным признакам я понял, что Артем меня не обманет. Точнее, не обманул. Ну, насчет миллиона. Хотя дело было даже не в миллионе. Наверняка он выдал мне очень искаженную информацию. И я даже предполагал почему. Потому что правде я бы попросту не поверил, такой невероятной она могла оказаться. Но ту часть информации, которая была в тот момент важна для меня и касалась моей выгоды от экспедиции, он, скорее всего, донес достоверно. По крайней мере, в плане конечного результата.