Бородатые извозчики сидели, скрестив ноги, в окружении приземистых кованых жаровен и пили чай (или не чай) из расписных пиал. Опустевшие экипажи сгрудились у низкой подсобки, задрав к небу оглобли; их разноцветные тенты хлопали на жарком, долетающим из пустыни ветру.

Алу и Джерсо пришлось чуть ли не силой затаскивать своего спутника в крытую повозку.

Зампано и Джерсо даже слегка поругались: Джерсо обвинял друга в отсутствии профессионализма, а Зампано — в дефиците человеческого любопытства. Оба щедро использовали армейские идиомы; Ал так заслушался, что чуть было не прозевал кошелек ловкому уличному воришке.

— Так что, додумался до чего-то? — спросил Зампано, когда они наконец-то сгрудились на тесной лавке в повозке, имея в виду ситуацию с бандитами.

— Они меня точно за кого-то принимают. Я думаю, за преступного воротилу из наших… видно, ожидали зарубежного партнера, ну и меня с ним перепутали.

— Партнера или соперника? — переспросил Джерсо.

— Вот не знаю… Не думаю, что тут любого партнера встречают взрывами и засадами, но вдруг этот Эллек уже успел с ними расплеваться… Ох ты!

Тут Ал потерял дар речи, потому что карета выехала на дорогу и лошади наддали. Еще как наддали! «Миль тридцать в час! — определил Ал с ужасом. — Да как бы не больше!» С опозданием он вспомнил строчку из путеводителя, насчет того, что «Син славится своими дорогами и скоростью междугороднего транспорта». Нужно было подумать и сообразить, что это плохо сочетается с типом повозки «деревянный кузов и четыре натуральные лошадиные силы».

— Это что за хрень?! — завопил Зампано.

— Тише! — шикнул на него Джерсо, потому что прочие пассажиры, и так заинтересовавшиеся иностранцами, теперь оглянулись на них как по команде. — Да, Ал, черт побери, что это за хрень?!

— Ммм!

— Да чтоб тебя!

— Джерсо сделал героическое усилие и отодвинулся; теперь застонал уже Зампано. — Объясни толком!

— По-моему, это модифицированные с помощью алкестрии лошади, — с трудом выговорил Ал. — Интересно, процесс обратим?

— Товарищи по несчастью? — фыркнул Зампано. — Удачно поездка начинается!

Через несколько часов возница остановил экипаж переменить лошадей и отдохнуть в местечке Цзюхуа.

Когда Ал и его «телохранители» выбрались из экипажа размять ноги, беднягу Джерсо — у него оказался самый слабый желудок — вырвало прямо под колеса повозки.

Младшего Элрика тоже порядком шатало: перед глазами плавали зеленые звезды, и он только мельком успел заметить, что станция тут еще меньше и еще непрезентабельнее, чем в Кантоне; что из единственной чайной пахнет жареной рыбой (запах, от которого Ал чуть было не составил Джерсо компанию) и что горы, которые смутно синели у горизонта в Кантоне, стали гораздо ближе.

«Мэй говорила, что половина провинции клана Чань — горы, — подумал почему-то Ал. — Суннань, кажется».

— Ну и вшивое местечко, — простонал Джерсо, когда Альфонс, вернувшись из короткого рейда по вокзалу, принес ему порошки от тошноты. — Что ты мне эти бабкины травки суешь? Лучше бы джина купил.

— Джин тебе еще пригодится, — заметил Зампано, который только что разговаривал с возницей. — Этот сморчок говорит, впереди какие-то дорожные работы, все перекрыли. Нам придется тут заночевать.

— Слишком близко к Кантону, — заметил Ал.

— Так я и знал, — пробурчал Джерсо с таким видом, как будто их ожидал по меньшей мере конец света. — Ну разве все это могло кончиться добром?

— Могло быть и хуже, — махнул рукой Зампано, — если бы здесь не нашлось гостиницы… — секунду спустя его озарило. — Здесь ведь есть гостиница? Ну, постоялый двор, или как это у них называется? Или нам на земле ночевать?

— Земля здесь теплая, — пожал плечами Ал.

Гостиница действительно нашлась, и даже оказалась не такой вшивой, как заранее предрекал Джерсо. Алу и Зампано не понравилось другое: обилие скромных молодых людей в неприметных темных халатах, которые периодически попадались им по дороге и тут же скрывались в тени.

— Нас явно пасут, — тихо заметил Зампано, когда они свалили все еще страдающего Джерсо в одной из двух нанятых комнат и уединились во второй. — Слушай, тебе не кажется, что он чем-то отравился?

— Очень может быть, — встревожено заметил Ал. — Только не думаю, что это яд.

— И я не думаю. Обожрался он просто в кафе. Организмы у амфибий очень нежные… говорил я ему… — Зампано скривился, прислушиваясь к шорохам за дверью. — Черт, только этого не хватало! Нам бы сейчас не ночевать тут, а ноги в руки… Раз эти давешние ребята друзей привели.

— Знаешь, я не хочу дергаться раньше времени, — задумчиво произнес Альфонс.

— У меня такое ощущение, что с нами хотят пообщаться.