Правой рукой он вывернул меч из руки девушки и откинулу её в стороную

Боль.

Ярость.

Решимость.

Они соединялись в желание сохранить себя.

Эттон возник в помещение внезапно.

Достаточно внезапно для Митры.

Весьма ожидаемо для Нихилиуса.

Проблемма последнего была в том, что для того чтобы отвести в сторону выстрел бывшего охотника на джедаев, владыке ситхов пришлось на несколько мгновений чуть ослабить поток молний, что осыпал тело Сурика.

Митра дёрнулся вперёд, кувырком оказался рядом с владыкой.

Неожиданно мощная силовая волна чуть не смела тело парня, но он сумел удержаться. Хоть его рука болезненно хрустнула. Сурик вложил всю оставшуюся силу в один удар. Всю имевшуюся на этот момент.

Простой выпад с опорой на ведущую ногу.

Ситх ответил огромным и можным силовым ударом, сконцентрированным в одну небольшую пулю, которая буквально раскрошила ключицу взвывшего парня. Вот только используя эмоции парень притупил боль.

Спокойствие.

Умиротворения.

Удовольствие от победы.

Радость от спасения девушки.

Спасение и себя и воительницы.

* * *

Остров Лян Ю

– Мистер Куин, очнитесь! Очнитесть, мистер Куин. Олливер!
– Кто-то звал его по имени. Парень приоткрыл глаза. Тело его не слушалось. Он был скован чем-то неизвестным. Брюнет даже не мог пошевелить руками, - о я вижу вы очнулись, мистер Куин, - продожил старый знакомый юноши, - забавная ситуация мутант? Не можешь воспользоваться своими воздействиями. Не плохо?

"О чём он говорит?" - Митра вполне ощущал силу и мог ей воспользоваться. Но пока собирался припрятать этот туз в рукаве. Ибо нужно было узнать где его друзья. Это было важнее, чем мимолётное ощущение могущества.

– Ты, наверное, думаешь, "как я оказался в таком положении"? Что это со мной? Всё просто: Джонни заходи!

В помещение просочилась женщина.

Да-да, с простым американским именем Джонни.

То Билли, что был мужиков, что Джонни, что оказалась девушкой - что у Фаерса за страсть к именнам уменьшительным? Комплексовал он что ли? Ответа на этот вопрос Митра Куин, увы не знал.

"Что же, бывает...", - мысленно отметил парень наконец сумев пошевелить большим пальцем. Сила вытесняла чужую сковывающую магия. "Ещё сыграем партейку в пазаак, уроды".

Самодовольно ухмыльнывшись Фаерс продолжил свою речь:

– Как только я заметил, что дело связано с мутантом, в тот же момент, я попросил своего нанимателя прислать подмогу. И Джонни прибыла. Она и вправду профессионал, не так ли?

"Профессионалка, мать ситхсткую да с бабушкой твою". В фигуре колдуньи чувствовалось что-то чуждое. Скопление чего-то злого, пугающеге, сводящего с ума. Фактически перед ним была не адептка сила.

Нет.

Фактически цельный кусок силы.

Олли черпал силу из десятка повреждений по своей кожи.

– А какую она чудесную иллюию она навела! Вы же не думали, что случайно, - последнее слову мужчино выделил интонационно и движением рук, - успели к казне? Да и объективно говоря, мне нужен Яо Фей. А жизнь его дочери стала хорошей платой.

Значит Шадо жива. По крайней мере пока жива. До того как Яо Фей сделает нужное этому барану. Наконец то Митре удалось освободить от чужого заклинания руку. Но что же со Слейдом?

– Что же касается тебя, то тут всё веселее. Как и твоего наёмничего друга. Одного - в лабараторию, на опыты. Другого - в те страны, где его разыскивают. Хорошую выручку получу, как мне кажется.

"Самого тебя нужно сдать, в поликлинику, на опыты" - зло отметил Куин. Он уже был способен шевелить обоими руками. Но пока не двигался. Требовалось понять, что хочет найомит.

– Пойдёмте, мистер Куин, - мужчина довольно отпил газоровки, - ах, да вы же не можете! Джонни, помогите, будьте так любезны, - на эту фразу Митра мог сказать и продемонстрировать многое, но не стал. Пока не стал.

* * *

Митру поставили на колени, рядом со Слейдом и Шадо. В одной палатке. "Забавно".

Уже всходило солнце. Его отблески на предметах создавали прекрасную атмосферу тайны и чуда.

– Паа!
– голос девушки был сломленным, слабым.

Ну да, не каждый раз твой отец тебя предаёт. Больше никто не мог навести на их план людей Фаерса, кроме как Яо Фей. Впрочем Олливер понимал, почему он это совершил. Но принять не мог.