Он, - проглотила она.

Лисандра усмехнулась, и Аэлина зашипела, ставя сумки на пол большой комнаты и закрывая дверь.

Прекрати.

Хм, - только и сказала Лисандра, бросив коробки и сумки позади Аэлины.
– Итак, у меня есть две вещи. Первая, Несрин прислала мне записку сегодня утром, что у тебя есть новый, очень мускулистый гость, и мне нужно принести какую-нибудь одежду. Поэтому я принесла одежду. Смотря на нашего гостя, я думаю Несрин недооценила его, поэтому одежда может быть туговата - не то, что я против того, чтобы он носил, нет, он может использовать её, пока ты не получишь другие вещи.

Спасибо, - сказала она, и Лисандра изящно махнула рукой.

Она поблагодарит Фалюк позже.

Другая вещь, которую я принесла - новость. Вчера вечером Аробинну поступило сообщение, что два тюремных вагонах были замечены в южном направлении к Морату, полные пропавших без вести людей.

Она задалась вопросом, знал ли Шаол, и попытался ли остановить это.

Он знает, что бывшие обладатели магии становятся мишенью?

Кивок.

Он отслеживал, какие люди исчезают и каких посылают на юг в тюремных вагонах. Теперь он изучает происхождение всех своих клиентов, независимо от того, как семьи попытались скрыть свои истории после того, как волшебство было запрещено, чтобы увидеть, сможет ли он использовать что-нибудь в своих интересах. Это то, что нужно учитывать при общении с ним...учитывая твои таланты.

Аэлина прикусила губу.

Спасибо, что сказала мне это, правда спасибо.

Фантастика. Аробинн, Лоркан, король, Валги, ключ, Дориан...

Она была бы не прочь заполнить желудок каждым оставшимся кусочком еды в кухне.

Просто подготовьтесь, - Лисандра взглянула на маленькие карманные часы.
– Мне нужно идти. У меня назначена встреча за ланчем.

Нет сомнений в том, почему с ней не было Эванжелины.

Она была уже почти у двери, когда Аэлина задала вопрос:

Сколько ещё это продлится - пока ты не освободишься от своих долгов?

До сих пор много, чтобы откупиться, поэтому - некоторое время.

Лисандра сделала ещё несколько шагов и остановилась.

Кларисса продолжает добавлять деньги, поскольку Эванджелина растет, утверждая, что кто-то настолько красивый увеличил бы её состояние вдвое, поэтому нужно утроить то, что она первоначально могла принести.

Это подло.

Что я могу сделать?
– Лисандра держалась за свое запястье, где татуировка была обведена чернилами.
– Она будет охотиться на меня, пока я не умру, и я не могу бежать с Эванджелиной.

Я могу вырыть Клариссе могилу, которую никто никогда не найдёт, - сказала Аэлина. И это было так.

Лисандра знала, что она сделает это.

Пока нет, не сейчас.

Скажи слово, и все будет сделано.

Улыбка Лисандры была дикой, темной красотой.

Стоя перед ящиком на вместительном складе, Шаол изучал карту, которую Аэлина только что вручила ему. Он сосредоточился на белом пятне, пытаясь не смотреть на воина-принца на страже за дверью.

Было трудно избежать этого, поскольку присутствие Рована так или иначе высосало весь воздух на складе.

Дело было в изящно заострённых ушах, выглядывающих из под коротких серебристых волосах. Фэ - он никогда не видел других фэйцев. Кроме Аэлины, в те краткие моменты оцепенения. И Рован… Не случайно, во всех ее повествования, Аэлина забывала упомянуть, что принц был так красив.

Красавец Принц Фэ, на которого она потратила месяцы жизни и тренировок с ним. В то время, как его собственная жизнь разваливалась, а люди погибли из-за ее действий. Рован смотрел на Шаола так, будто он его ужин. В зависимости от его формы Фэ, это, вероятно, могло быть не такой уж далеко от правды.

Каждый инстинкт кричал ему бежать, несмотря на тот факт, что Рован был вежлив. Отдаленным и напряженным, но вежливым. Однако, Шаолу не нужно было видеть принца в действии, чтобы знать, что он будет мертв прежде, чем сможет достать свой меч.

Ты знаешь, он не кусается, - проворковала Аэлина.

Шаол направил на неё пристальный взгляд.

Ты можешь объяснить, для чего эти карты?

Для того, чтобы кто-либо из вас, Рен или Брулло, может заполнить промежутки в обороноспособности замка, это было бы ценными сведениями, - сказала она.

Не ответ. Не было никакого признака Эдиона, среди сложенных ящиков, но генерал, вероятно, слушал где-нибудь поблизости, с его острым слухом фэйца.

Для тебя, чтобы разрушить башню с часами?
– спросил Шаол, сворачивая карту и запихивая её во внутренний карман туники.

Возможно, - сказала она.

Он старался не паясничать. Но что-то как будто изменилось в ней, как будто какая-то невидимая напряженность в ее лице исчезла. Он снова попытался не смотреть в сторону двери.