Ты вернулась, - его волосы более длинными и косматыми, чем несколько месяцев назад. – Эдион-это ловушка.

Я знаю про Эдиона, - боги, что она может сказать?

Шаол кивал, отдаленно подмигивая.

Ты… ты изменилась.

Она посмотрела на свои рыжие волосы.

Абсолютно.

Нет, – сказал он, сделав шаг к ней. Всего один. – Твое лицо. Твоя позиция. Ты…

Он покачал головой, глядя в темноту, из которой они только что вышли.

Идем со мной.

Она пошла. Ну.. это больше походило на - иди-так-же-быстро-как-бегаешь-но-не-беги. Впереди она могла разобрать только звуки его компаньонов, спешащих через тоннели.

Все слова, которые она хотела сказать, пронеслись у нее в голове, борясь, чтобы выйти наружу, но она заталкивала их назад.

“Я люблю тебя”- слова, которые он ей сказал в день, когда она уехала. И она ничего не ответила, кроме: “Прости меня”.

Спасательная миссия?- спросила она, глядя назад. Никаких признаков слежки не было.

Шаол проворчал, продолжая двигаться

На бывших магов снова охотятся, чтобы казнить. Новые королевские охранники приводят их в тоннели до момента, пока не настанет время забоя. Они любят темноту, кажется, это только их усиливает.

Почему не тюрьмы? Они достаточно темные, даже для валгов.

Там слишком много народу. По крайней мере, для того, что они делают перед казнью.

Они носят черные кольца? – Кивок. Ее сердце почти остановилось. – Меня не заботит, сколько людей они берут в тоннелях, не ходите сюда больше.

Шаол усмехнулся

Нет выбора. Мы сюда идем потому, что мы - единственные, кто может.

В канализации просочился сильный запах морской воды. Если она правильно рассчитала все повороты, они приближаются к Авери.

Объяснись.

Они не замечают или их, действительно, не интересуют простые люди. Только люди с магией и родословной, даже их тайные перевозки не особо помогают, - он боковым зрением посмотрел на нее.
– Поэтому я отправил Рена на север, чтобы он не оставался в городе.

Она споткнулась о щель в камнях.

– Рен… Ручейник?

Шаол медленно кивнул.

Земля под ней покачнулась. Рен Ручейник. Еще один ребенок Террасена. Живой. Он жив.

Мы узнали, что Рен - их цель,- сказал Шаол.
– Мы вошли в одно из их гнезд. В них они выглядели даже правильно. Меня и Несрин полностью проигнорировали. Как только мы вышли, я послал за Реном. На следующий день он отправился в Террасен, чтобы сплотить там мятежников. Поверь мне на слово, он не очень-то был доволен этим.

Интересно. Интересно и совершенно безумно.

Те штуки - это демоны. Валги. И они вытягивают из тебя жизнь, питаясь тобой, пока не останется оболочка?

Это не шутка, - резко оборвала она. Во снах ее преследовали воспоминания о том, как принцы-валги пытались выпить ее жизненную силу. И каждый раз просыпалась с криком, достигающем война-фейца, которого там не было, чтобы напомнить ей, что они их одолели, они выжили.

Я знаю, - его взгляд переместился туда, где сейчас висел Златинец.- Новый меч?

Она кивнула. Раньше между ними было около трех футов. Теперь три фута и многие месяцы, проведенные в ненависти. Месяцы ползания по той пропасти, в которую он ее столкнул. Но теперь, когда она здесь… она прилагала большие усилия, чтобы не сказать, как она сожалела. Она сожалела не о том, что сделала с его лицом, а того факта, что ее сердце излечено- все в пятнах и шрамах, но зажило… зажило без него.

Ты выяснил кто я?
– сказала она, видя, как далеко его компаньоны.

В день твоего отъезда.

Она посмотрела в темноту сзади. Все чисто.

Он не приближался ближе. Он не был склонен обнимать ее или целовать, или просто дотронуться до нее.

Впереди мятежники свернули в небольшой туннель, который, как она знала, вел к ветхим домикам в трущобах.

Я взял Быстроногую, - сказал он после минуты молчания.

Она попыталась выдохнуть как можно тише.

Где она?

В безопасности. У отца Несрин несколько весьма популярных пекарен в Рафтоле, он достаточно успешен, у него есть загородный дом вне города. Он обещал, что его люди будут в тайне заботится о ней там. Оказалось, что ей по нраву пугать местных овец. Я сожалею, что не смог оставить ее здесь, но лай…