Кто?
– спросила Аэлина, убирая волосы девочки назад, задаваясь вопросом, запаникует ли та, если она схватит ее.

Люди короля, - прошептала Эванджелина.
– Они нашли письмо Аробинна. Они сказали, что оно было в завещании Аробинна, в нем говорилось о р-р-родословной Лисандры.

Сердце Аэлины остановилось. Хуже – намного хуже, чем она ожидала.

Они сказали, что она оборотень. Они схватили ее и собирались схватить и меня тоже, но она набросилась на них и приказала мне бежать, и сказала, что Кларисса не поможет.

Куда они забрали ее?

Эванджелина рыдала.

Я не знаю. Лисандра говорила мне идти сюда, если что-то случиться: она просила передать тебе, чтобы ты бежала.

Она не могла дышать, она не могла соображать. Рован опустился на колени рядом с ними и обнял девочку, обхватывая ее настолько большой рукой, что она накрыла почти весь затылок. Эванджелина уткнулась лицом в его татуированную грудь, и Рован бормотал безмолвные слова утешения.

Он встретился взглядом с Аэлиной над головой девочки.

Мы должны покинуть дом в течении десяти минут – пока не выясним, предал ли он и нас тоже.

Как будто услышав его слова, Эдион прошел мимо них к окну, через которое Эванджелина проникла на склад. Лисандра, казалось, обучила ее некоторым вещам.

Аэлина очистила ее лицо, потом положила руку на плечо Рована, когда встала, его кожа была такой теплой и мягкой под ее мозолистыми пальцами.

Отец Несрин. Мы попросим его присмотреть за ней сегодня.

Аробинн сделал это. Последняя карта в его рукаве.

Он знал. О Лисандре – об их дружбе.

Ему не нравилось терять свое преимущество.

Шаол и Несрин ворвались на нижний уровень склада, и Эдион был на полпути к ним, прежде чем они поняли, что он был там.

У них были еще новости. Один из людей Рена связался с ними несколько мгновений назад: встреча должна была состояться завтра, в Задубелом лесу, встреча между королем, Дорином и Лидером Крыла с его воздушной конницей.

Доставляя нового заключенного в Морат.

Мы должны вытащить ее, - сказала Аэлина Несрин и Шаолу, когда ворвалась на лестницу.
– Прямо сейчас. Вы люди, они не заметят вас сразу. Вы единственные, кто может войти в эту тьму.

Шаол и Несрин обменялись взглядами.

Аэлина шагала к ним.

Мы должны вернуть ее прямо сейчас.

Удар сердца, и ее уже не было на складе. Удар сердца, и она стояла в красивой спальне, перед окровавленной кроватью и уничтоженными телами, вывернутыми наружу.

Шаол протянул руку.

Мы лучше потратим время на подготовку засады.

Звук его голоса… Шрам на его лице в тусклом свете. Аэлина сжала ее пальцы в кулак, ее ногти – ногти, которые порезали его лицо – врезались в кожу.

Они могут питаться ею, - удалось выговорить ей.

Позади нее Эванджелина снова зарыдала. Если они заставят ее пережить то, что вынесла Аэлина, когда боролась с принцем-Валгом…

Пожалуйста, - сказала Аэлина, ее голос ломался на каждом слове.

Тогда Шаол заметил, что ее глаза были сосредоточены на его лице. Он побледнел, когда открыл рот.

Но Несрин взяла ее за руку, ее тонкие, загорелые пальцы были холодными напротив липких ладоней Аэлины.

Мы вернем ее. Мы спасем ее. Вместе.

Шаол только держал пристальный взгляд на Аэлине, он пожал плечами, когда сказал:

Никогда больше.

Она хотела верить ему.

Глава 56 Спустя несколько часов, сидя на полу ветхого трактира, который находился на противоположной стороне Рафтхола, Аэлина смотрела на карту, на которой было отмечено место встречи – приблизительно в полумиле от храма Темис.

Крошечный храм находился в центре Задубелого леса, расположенный на вершине возвышающейся скалы, в центре глубоко оврага. В него можно было попасть только через два подвесных моста, прикреплённых к разным сторонам оврага, это спасало его от вторжения войск на протяжении многих лет. Окружающий лес, вероятно, будет пуст, если драконы прилетят. Они, несомненно, прибудут под покровом темноты, накануне ночью. Сегодня ночью.

Аэлина, Рован, Эдион, Несрин и Шаол сидели вокруг карты, затачивая и полируя свои клинки, и обсуждали план. Они отвели Эванджелину к отцу Несрин, вместе с большим количеством писем для Террасена и Бэйна – пекарь не задавал вопросов. Он только поцеловал свою дочь и объявил, что они с Эванжелиной испекут специальные пироги к их возвращению.

Если они вернутся.

Что, если на ней ошейник или кольцо?
– спросил Шаол в их маленьком кругу.

Значит, она потеряет голову или палец, - открыто заявил Эдион.