— Сделаем, — зловеще улыбнулся Ровер и направился к павшим коням рейнджеров за веревками и всем остальным. Опыт общения с магами у клыкастиков богатый.

Я посмотрел на место гибели Гила. Не понял.

— А где тело Добряка? — спросил я.

Рейнджеры и вампиры замялись и начали переглядываться между собой. Ничего не понимаю. Что за театр?

— Понимаешь, Далв, — начал Большой, — когда ты вошел в смерч жизни, из леса опять появился друид. Посмотрел на происходящее, забрал тело Гила и ушел.

— Как ушел? — не понял я.

— Прыжком — как и появился, — пожал плечами Лорак.

— Гил жив? — тихо спросил я.

— Скорее всего, — ответил Большой.

Блин. Земля у меня под ногами зашаталась, и я присел на нее. Разложим все по полочкам в очередной раз. Благо, время теперь есть. Друидам не нравятся разборки с использованием магии около их границы. Оно и понятно. Кому понравится, когда могут сломать его любимую герань, стоящую в горшке на подоконнике? А любые плетения высшего порядка, если они применяются около их любимых сучков и листьев, вызывают резкое неприятие друидов, которое заканчивалось плохой смертью хулиганов всегда. Это закон пограничья. Слабо магичить можно, но тебя могут обнаружить, а затем наказать, если не успеешь сбежать. Повезло, ты жив — радуйся и задумайся о будущем. Но если ты полный идиот, если ты решил показать друидам, какой ты могучий повелитель, то зачем тебе жить? Накажут в обязательном порядке. Прыжок из леса на открытое пространство метров на двести в принципе возможен. Хотя… м-да. Но в лес на то же расстояние? Тут мне сказать нечего. Итак, выходит хранитель на прогулку — лютиками полюбоваться и свежим воздухом подышать. Видит безобразие и только покачивает головой. Ай-яй-яй, какие плохие мальчики, но я сегодня добрый. Измененных животных из Закрытого леса натравливать на вас не буду. Сам стирать в кровавую кашу не буду. Черт с вами. Шалите дальше. Наказывать повелителя не буду. Поручу это другим.

— Большой, — я поднял голову, — а такое вот, — я кивнул на тело шкера, — раньше было?

— Нет, — ответил Лорак, — и почему я не удивляюсь, ты мне не подскажешь?

— Понятия не имею, — честно сказал я.

Так, теперь дальше. Значит, вернулся добрый дедушка посмотреть на шалунов и увидел, что одному при этой возне пальчик прищемили насмерть. Совсем растрогался старикан и решил поближе посмотреть на такого неуклюжего недотепу. Расспросить его, как он дошел до жизни такой. А зачем же друид еще Гила взял? Сильный маг жизни и сильный маг смерти, работая в связке, могут вернуть недавно умершего к жизни. Забыл: кроме силы, нужно и искусство. Один лечит тело, а второй находит душу. Про магию друидов проф ничего конкретного мне сказать не мог. Сам хотел узнать — так и познакомился с Добряком и Лирой.

— А…

— Было, — перебил меня Лорак, — редко, но было. Почему одним рейнджерам друиды помогают, а других убивают, не знает никто, да и не хочется выяснять. Жизнь дороже.

Согласен. Но что с Гилом, я хочу знать. Каприз у меня такой.

— Пушок, — подозвал я драка.

— Будешь узнавать про Гила? — спросил Лорак.

— Да, — ответил я, забираясь в седло. — Конечно, внутрь леса я заходить не стану.

— Разумно, — согласился Лорак, — могут ответить, а могут и нет. Кто его знает! Главное, чтобы не послали так, как они это могут сделать. Послать со смертельным исходом.

— Далв, — остановил меня возглас Ровера. — Я хотел заткнуть рот кляпом и снял шлем. Посмотри, кто этот шкер!

Я повернулся в седле и посмотрел на голову шкера, которую вампир приподнял за волосы и повернул в мою сторону. Твою! Я едва не свалился с Пушка, когда увидел это измученное лицо. Хорошо, что я не бил сапогами по голове. Хорошо, что я по старой привычке жалею свои пальцы. Я узнал — с трудом, но узнал.

— Интересно, — ухмыльнулся я, — а это что-то меняет?

— Да, — засмеялся Ровер, — теперь есть кому готовить нам нормальную еду.

Верно, я покачал головой и под злой смех карателей отправился к Закрытому лесу. Вот это да! Не ожидал увидеть ее здесь. Плохо: я не смогу ее калечить. Убить — да ради бога, но не избить до полусмерти. Вот такой вот я дурак. Как ни вбивали в меня средства массовой информации свое мнение о том, что женщина тоже человек, что женщина имеет равные права, обязанности и ответственность с мужчинами, до конца я этим не проникся. Жаль, что пятый шкер — не мужчина. Право, очень жаль.

Я остановил Пушка на границе Закрытого леса. М-да, и что мне теперь делать? Друиды хамства не выносят. Вернее, того, что они считают хамством. А я знаю их обычаи, мораль и прочее? К черту!

— Хранитель, можно вас попросить на два слова? — громко спросил я у леса.

«Я спросил у ясеня… я спросил у тополя…» Теперь мне у кого спрашивать? У Хиона, наверно, так как Сестер на небе еще нет.

— Храни…

— Чего орешь? — прервал меня голос, раздавшийся сбоку. — Лес любит тишину.

Вот это да! Подойти ко мне так, чтобы я этого не заметил, — дорогого стоит. Я спрыгнул с Пушка.

— Уважаемый, — начал я общение с капюшоном серого цвета, — я хотел бы узнать у вас о состоянии моего друга.

— А больше ты ничего не хочешь? — ехидно спросил меня капюшон.

— Хочу, — сознался я.

— Чего именно? — заинтересовался друид.

— Четверку коней, — начал перечислять я, — но это не обязательно. А вот соли, крупы, специй, гигиенических полотенец, таблеток для обеззараживания воды, хлеба, если его нет, то сухарей очень хочется. И всего этого в достаточном количестве для десяти, вернее, для одиннадцати человек, которые месяц будут путешествовать по пограничью. Да, забыл, еще пять двухместных палаток очень бы хотелось, котелок тоже. Надоело воду в шлеме кипятить. Естественно, за все я заплачу.