– Мы не можем на это пойти по политическим соображениям, – сказал министр.

– В таком случае наши возможности будут сильно ограничены, сэр. Мы еще сможем проводить короткие трансграничные операции, переходя границу со стороны Грузии или Азербайджана, но и они связаны со значительным риском. Остальная часть Кавказа будет для нас закрыта. Нам необходимы местные источники, нам необходимо содействие, сэр.

– Как насчет чеченских бойцов? – поинтересовался министр. – Они вели бои с русскими и побеждали. Они длительное время скрывались в лесах, и русские не могли их найти.

– Сэр, у них был только один враг – русские. Они пользовались поддержкой местного населения, и это давало им возможность выживать длительное время. В нашем случае против нас там будут все…

– Ясно… – заключил министр.

20 июня 2015 года. Где-то в России

Это была Россия. Страна, куда мечтали вернуться его дед и прадед. Страна, где были его корни, где был его исток. Страна, которая с каждым днем, прожитым здесь, становилась все более и более загадочной и опасной.

Они въезжали в город по какой-то дороге, перед этим проехав около тысячи миль на машине не останавливаясь. Объезжали крупные города. Сознательно рисковали – в любой момент их могла остановить местная дорожная полиция, называемая здесь странным, трудновыговариваемым названием. Но теперь они были близко к логову. Русский сказал – здесь можно отлежаться и отдохнуть…

А у них не было иного выбора, кроме как верить ему.

Дороги в России были совершенно не такими, как американские, – даже на федеральных случались неровности и выбоины. Придорожной инфраструктуры – заправок, кафе, ремонтных мастерских, складов – меньше раза в три. Машин тоже меньше – но не много, а так они самые разные: японские, европейские, американские, русские. Траков на удивление немного – на их дорогах тяжелых траков больше раза в два, а легких – здесь не было вообще [75] 75

В США легковой пикап тоже считается траком, как и тяжелый грузовик. Популярность пикапов в США связана с особенностями налогообложения – его можно провести как машину для бизнеса и списывать расходы с налогооблагаемой базы.

[Закрыть] . Мимо проносились рощи, холмистые поля, небольшие речки, сельские населенные пункты, именуемые здесь «деревня», и небольшие города. Все выглядело не так плохо, как это принято считать в Америке. В придорожных забегаловках продавали сникерсы, кока-колу и местный аналог гамбургеров под названием «пирожки», с самыми разными начинками…

Потом они свернули с федеральной трассы на местную. Узкую, опасную, то резко ныряющую вниз, то уходящую вверх, обсаженную деревьями. Они были уже близко…

Город – название они не знали – встретил их строящимися кирпичными многоэтажными домами, каким-то рынком и чем-то вроде субурба [76] 76

Пригородный район, район частной застройки.

[Закрыть] . От американского субурба он отличался тесными и узкими улицами, небольшими участками и высоченными заборами из кирпича или профнастила, часто выше человеческого роста – по американским меркам это было безумие, американцы вообще не строят заборов вокруг своих домов. Дома – где они были видны – где были отделаны профнастилом, а где – сделаны из дорогущего красного кирпича. В Америке так никто не строил – слишком дорого и неудобно перестраивать при необходимости. Даже в северных штатах так не строили – просто клали больше утеплителя. А русские – как будто готовились встречать врага на пороге своих домов. Впрочем, из всех крупных государств мира Россия воевала больше, чем любое другое [77] 77

За всю свою историю Россия участвовала более чем в семидесяти войнах. Как минимум пять из них можно называть Отечественными – это когда Россия воевала против всей Европы или против крупной европейской коалиции стран. Это Ливонская война Ивана Грозного, Война 1812 года, Крымская война, Первая мировая и Великая Отечественная война. Так что ВОВ правильнее называть Пятая Отечественная.

[Закрыть] .

Они проехали мимо приветственного монумента – в отличие от таких же в американских городах, он был сделан в виде архитектурного памятника, и на нем не было ни даты основания города, ни численности его населения, как это было принято в США. Повернули направо, поехали по пути, проходящему по дилерской деревне: с обеих сторон были довольно современного вида автосалоны, продавали «Киа», «Хонды», «Тойоты» и «Форды». Потом въехали в город.

Русский город тоже отличался от американского, и отличался кардинально. Американский город – это скопище небоскребов в центре и одно– двухэтажные пригороды, широко разбросанные по земле. Исключение – это такие мегаполисы, как Нью-Йорк и Чикаго. Здесь же у русских, обладателей первой в мире по площади страны, как будто не хватало земли. Дома, девяти– и пятиэтажные, явно жилые – жались один к другому. Везде развешана яркая, кричащая реклама, почти все первые этажи переделаны под магазинчики, немало крупных торговых центров – но около них микроскопические по американским меркам стоянки – просто удивительно, как русские обходятся с машинами, если нет стоянок. Машины везде – и стоят и едут, стоят и там, где в США за это не миновать крупного штрафа. Кругом желтые большие муниципальные автобусы – в США большинство муниципалитетов сознательно прекратили автобусные перевозки, чтобы не плодить мелкую уличную преступность. Люди ждут на остановках – по виду не сказать, что недовольные. По сравнению с американцами – очень мало толстых, зато много красивых, рискованно одетых женщин и девушек. С небольших палаток торгуют мороженым.

Они внезапно свернули. Попетляв по дворам, где стояли машины, остановились у высокой шестнадцатиэтажки. Русский заглушил мотор, достал ключ из замка зажигания.

– Полчаса, – сказал он и вышел из машины, не слушая ответа…

Повисла тишина.

– *censored*н сын… – сказала Натали, – ты ему веришь?

– А что – у нас есть выход?

Выхода не было.

– Пойду гляну, куда дальше идет эта дорога…

Ефимофф вышел, оставив американку в машине одну.

Русский, как и обещал, вернулся через полчаса. С большой сумкой, которую он увесисто шмякнул назад, в багажник…