И сами эти мужики – что они из себя представляют? Серые мышки – система не терпит ярких личностей, она их приводит к общему знаменателю или затаптывает. Таким никогда не отдаст предпочтение по своей воле умная, яркая, красивая, молодая, интересная женщина.

По своей воле. А если не по своей?

Некоторые отрываются с *censored*тками – но это опасно. *censored*тки – это явный криминал, и тот, кто попадется, на снисхождение может не рассчитывать. Историю с «человеком, похожим на Генерального прокурора Скуратова» – все помнят, несмотря на то что прошло с тех пор чертовски много времени. Сейчас уже все знают, что в большинстве саун установлена аппаратура. И банные похождения в любой момент могут быть использованы для шантажа.

Система Мирзаева была устроена намного хитрее. Во-первых – я засек у него ректоров двух вузов, названия которых я с вашего позволения опущу. С ними я тоже разберусь, пока не знаю как. Во-вторых – достаточно было других людишек. Не людей – а именно людишек. Мрази. Торговля живым товаром.

Схема такова. Скауты под видом вербовки в модельные агентства прочесывают наше Нечерноземье, депрессивные регионы центра, а также нищую Украину. Девочек свозят в Москву, после чего «объезжают» – то есть насилуют в сауне. Его соотечественники, с базара, целой толпой. Раз за разом, пока не обломают. Как только обломают – устраивают учиться. Юридический, экономический факультеты. Московские вузы. Кто попроще – параллельно работает в эскорте. Но некоторые, как я понял, – нет. Эти предназначены на самый верх – в эскорте они засветиться не должны. После того, как кто-то заканчивает вуз, а кому-то и просто покупают диплом, их устраивают как раз в такие вот учреждения. Дальше надо рассказывать, с какой целью?

Обычное дело. Мужику лет под сорок нужен секс. Безопасный, классный, не с разжиревшей и обнаглевшей свиноматкой, а с молодой женщиной. Вот Мирзаев все это и предоставляет. Бьет – безошибочно.

И вот как такое расценивать? Это целенаправленная, методичная работа по разложению нашей системы управления. По взятию ее под контроль. Вряд ли она осуществляется по приказу ЦРУ, или Трехсторонней комиссии, или масонов – все намного проще и грязнее. Но от этого не становится менее опасной. Они даже не боятся назвать вещи своими именами – совсем страх потеряли, твари…

Все остальное проистекает от этого. Мирзаев торгует услугами. И со своими соотечественниками, и с русскими. Ему, наверное, не плевать – русский или свой, но он не отказывается от денег. Ни от каких. Конечно, и услуги не стратегического уровня. Но свои вопросы он решает и систему окупает десятки раз.

И сколько, интересно, таких Мирзаевых существует? Наверное, не один.

Но этот – один. И он совершил самую страшную в своей жизни ошибку – он связался с ваххабитами. Конечно, не по своей воле, он тоже хочет жить, и все хотят жить. Но в данном случае он перешел черту. Последнюю в своей жизни…

А пока что я сижу на соседней улице в небольшом, но очень мощном «Опель Астра». Доедаю пиццу и смотрю на экран установленного на приборной панели в держателе коммуникатора. На него идет видео с двух камер, которые я установил. Мирзаев уже перерос бизнес-центр и приобрел для сердцевины своей империи отдельно стоящее здание в Москве – кто знает, сколько стоит даже самое захудалое, – оценит. Это его ошибка. В бизнес-центре следить намного сложнее, там много людей шатается. А тут – вопросов нет…

Ого…

Вот ведь придурок. Джеймс Бонд хренов. Опять напрашивается на неприятности.

Это американец. Тот самый, которого должны были прикопать на подмосковном карьере и которого не прикопали, потому что я вынес мозги тем, кто собирался это сделать. И посоветовал ему делать ноги. А он совету не внял и крутится рядом с Мирзаевым. Придурок.

Как я его опознал? Да просто. Программа, которая используется в видеосистемах наблюдения, – тут мы, похоже, и Израиль обошли. Анализирует изображения на предмет «моделей подозрительного поведения». Вот эта программа и выдала мне модель подозрительного поведения некоего субъекта, явно пытающегося замаскироваться. А додуматься, кто такой, проблем не составило.

Интересно, как американцы работают. То ли у них людей не хватает – уже засветившегося человека повторно отправляют в то же самое место. То ли…

Нет, такого ни хрена быть не может. Они меня не отследят. Просто не смогут. Информация через Интернет идет, и я принял все меры предосторожности. Но рисковать все-таки не стоит…

Доев пиццу, я тронулся с места, так и не приблизившись к объекту.

Человек, одетый в темную куртку и бейсболку козырьком вперед, на перекрестке нырнул в машину. Белый внедорожник «Шевроле», который немедленно тронулся с места.

– Ну, что?

Звак молча тронулся с места. Ефимофф взял с приборной панели планшетник, на который были выведены спутниковые снимки Москвы – именно того района, в котором они находились. Карта рябила от значков.

– Осталось шесть вариантов… Не так плохо.

– Не так плохо? Да это п…ц, – сказал сержант морской пехоты США, сидевший за рулем, – просто поверить не могу, что мы все это делаем.

– Мы работаем ради добра.

– Пытаемся вычислить ликвидатора? Парень, да тут добром и не пахнет. А пахнет неглубокой могилой…