Шрифт:
– Ловко… – только и хватило Лебедева. – Вижу, еще что-то раскопали.
– Я знаю, почему не нашли следов крови!
Ванзаров предложил войти во двор.
– В прошлый раз ощущался аромат крови, – сказал он. – Это была не галлюцинация. Ваш чуткий нос не подвел: кровь была у вас под ногами.
Лебедев даже обиделся:
– Это уж перебор, коллега. Лично все облазил.
– Искали на снегу и льду. Кто обратит внимание на дорожки, посыпанные песком? Видите, как тщательно и густо насыпано. Видите, какой у них цвет…
– Вижу, грязные.
– Они не грязные, здесь слишком мало народу ходит. Это – кровь. Ее сливали в ведро с песком, а потом мирно разбрасывали, чтоб никто не поскользнулся. Где короб с песком на случай пожара?
– В кармане за сценой, – сказал Лебедев. И, резво нагнувшись, он зацепил горстку песка, перетер в пальцах и даже понюхал. – Ах, ты… Еще свежая… Чтоб его… Точно есть что-то. А я там все облазил. И ведь ничего не было.
– Готовились найти привычные следы на деревянном полу. А кровь просто сливали в ведро с песком. Песок хорошо влагу вбирает. Там большое ведро пожарное было?
– Выкрашено красной краской, как полагается.
– Поэтому я иглу не нашел. Она упала в ведро с песком, убийца не стал в жиже ковыряться. Не велика потеря. Где-нибудь здесь в снег вмерзла.
– Значит, барышень в кармане для декораций резали?
– Именно там. Не спрашивайте – как, еще не знаю. Наверно, так же просто и аккуратно.
– А надпись красным как объясните?
– И про надпись поймем. А не поймем – спросим у кого следует. Строго спросим.
– Это отлично, но… – криминалист замялся, что на него было совсем не похоже. – Как тело во двор вынесли? Следы от тяжести не могли исчезнуть.
– Все просто, – без тени сомнений ответил Ванзаров. – Тело еще мягкое, легко сгибается в талии. Взять его в руку, накинуть тряпку, скажем, черного шелка, а в другую ведро с песком – никто ничего не поймет. Человек идет мусор выбрасывать и дорожки песком посыпать. Вынес тело, положил на лед, отправил в подворотню и, возвращаясь, густо посыпал за собой песочком. Вот почему вы не нашли никаких следов с углублениями от переноса груза!
– Но ведь для этого нужна сильная рука…
– Кто сказал, что ее не было? – Родион загорелся торжеством. – Сейчас проверим. Санин!
На грозный зов городовой явился бегом. Привык уже подчиняться.
– Дворника во дворе видели?
– Ходил, песком посыпал…
– А после тело обнаружил?
– Так точно…
Осознав полную победу юного друга, Лебедев добавил:
– Есть шанс, что возьмем…
– В ближайший час, – Родион мучился от нетерпения (ну точно как Николя Гривцов). – Только одно не дает покоя…
– Барышню красивую жалко?
– С этим ничего не поделать… Тут другое. Понимаю, что на мои советы она плевать хотела, но для чего побежала днем в «Помпеи» в нарядном вечернем платье? Как госпожу Вонлярскую могли уговорить? Для чего Влада Ивановна безропотно пошла на смерть? Вопросы есть, но ответов простых нет. Кроме одного.
– Кто ее любовник?
– Это даже не вопрос. А вопрос вот в чем: почему на ней нет хризантемы с номером?
– И каков ответ?
– Потому что убийцу это не интересовало. Цветок с цифрой для него не играл никакой роли. Почему?
– Вы меня спрашиваете?
– Нет, логику. Простой ответ: убийца прекрасно знал ее. Впрочем, как и она его.
– Легла под нож, как на праздник, – сказал Лебедев. – Как это объяснить?
– Пока не готов… Штабс-капитан! – командный окрик получался все лучше. Того гляди, войдет в привычку.
Звержинский делал вид, что принципиально не торопится. И не собирается бегать на окрики мальчишки. Но встал перед ним довольно смирно.
– Полтора года назад вы осматривали тело господина Агапова… – Родион сделал паузу, чтобы мозги полицейского могли переключиться. – Вот и хорошо, что вспомнили… Я читал ваш протокол осмотра. Но хочу знать: в халате умершего были какие-нибудь порошки?
Штабс-капитан несколько смутился:
– Давняя история, не помню…
– Понимаю, не посмотрели в карманах. Показалось ли вам что-нибудь подозрительным, чего не отразили в протоколе?
– Все занесено. Разве температура воды…
Ванзаров строго взыскал.
– Там под ванной нагреватель английский стоял, – стал оправдываться штабс-капитан. – Видно, не рассчитал жар. Вода чуть не кипела. Такая горячая, руку обжигала…
Уверенно кивнув, Лебедев понизил голос:
– Вот и естественная причина сердечного приступа. Я же говорил…
Отдав команду закончить с телом, то есть – накрыть и отвезти в 4-й Казанский участок, Родион потребовал двух самых крепких городовых и направился к служебному входу в «Помпеи».