— Нет, не забыл, — пробормотал Томас, донельзя раздраженный и расстроенный. Если бы сейчас он вернулся в прошлое, в самое начало Испытаний, то каждый участник смотрелся бы на своем месте просто идеально. Вот только зачем ПОРОК стирает память? И чего ради допускать случайные (случайные ли?) воспоминания? Может, они продолжающийся эффект Метаморфозы?

Столько вопросов. Столько сраных вопросов — и ни единого ответа!

— Хорошо, — сказал Томас, — молчу. Мысленно тоже. Продолжай.

— Обо мне и Эрисе поговорим после. Я практически ничего не помню, все забыла проснувшись. Кома — часть Переменных, и телепатическое общение сохранилось, чтобы мы не сбрендили. Я так думаю. Ведь мы помогали Создателям.

— Помогали Создателям? — переспросил Томас. — Я не…

Догнав Томаса, Тереза стукнула его по спине.

— Ты обещал молчать.

— Обещал, — буркнул Томас.

— В общем, пришли люди в скафандрах, и связь с тобой исчезла. Я испугалась, решила, что мне снится кошмар. К лицу прижали вонючую тряпку, и я потеряла сознание. Очнулась в незнакомой комнате, на кровати. Напротив сидели несколько человек, за какой-то стеклянной стеной… я и не заметила ее, пока не дотронулась. Это даже не стекло было, а… что-то типа силового поля.

— Да-да, — ответил Томас. — Видали такое.

— Неизвестные изложили план, по которому мы с Эрисом должны тебя убить. Велели передать замысел Эрису телепатически, ведь он уже присоединился к твоей группе. То есть к нашей, Группе «А». Я отправилась в Группу «В», и нам всем рассказали о миссии: добраться до убежища — и о болезни, Вспышке. Мы испугались, смутились, потом поняли: выбора нет. Пустыню пересекли через подземные тоннели, город получилось миновать. Наша встреча в лачуге на его окраине и все, что было после: засада в долине, оружие, избиение, — спланировано ПОРОКом.

Что-то подсказывало Томасу: до отправки в Глэйд он знал о подобном сценарии. Тут же возникла сотня вопросов, однако Томас решил пока их попридержать.

После очередного поворота Тереза продолжила:

— Наверняка я знала только две вещи. Во-первых, меня предупредили: если отойду от плана, тебя убьют. У ПОРОКа типа есть «иные варианты». Во-вторых, тебе нужно было ощутить абсолютную, стопроцентную горечь предательства. Именно поэтому мы и поступали с тобой так, а не иначе.

Во сне и Тереза, и Томас говорили о каких-то реакциях. Что бы это значило?

— Ну? — спросила Тереза после некоторой паузы.

— Что — ну? — ответил Томас.

— Что думаешь?

— И все? Объяснения закончились? По-твоему, я должен прыгать от радости?

— Том, я не могла рисковать. Я же верила, что тебя убьют. Тебя любым способом надо было заставить пережить предательство. Я старалась ради нас. Но в чем цель и важность спектакля — не знаю.

У Томаса вдруг разболелась голова.

— Надо сказать, играешь ты замечательно. Как насчет поцелуя на окраине города? И… зачем привлекли Эриса?

Схватив Томаса за руку, Тереза развернула его к себе.

— Создатели все рассчитали. Все — ради Переменных. Я не знаю, что получится в итоге.

Томас медленно покачал головой.

— Я тем более смысла не вижу. Прости, что я чуток с катушек слетел.

— Но ведь план сработал!

— В каком смысле?

— Тебе нужно было пережить предательство, и ты пережил. Верно?

Томас пристально вгляделся в ее синие глаза.

— Да, пережил.

— Мне жаль, что пришлось так с тобой обойтись. Зато ты жив. И Эрис тоже.

— Да, — повторил Томас. Больше с Терезой говорить не хотелось.

— ПОРОК получил желаемое, и я тоже. — Тереза посмотрела на Эриса. Тот ненамного обогнал их, и теперь стоял, дожидаясь, на следующем участке пути. — Эрис, отвернись. Лицом к долине.

— Чего? — смутился тот. — Зачем?

— Отвернись, и все. — Из голоса ее совершенно пропали коварные нотки. Пропали с того момента, как Томас вышел из газовой камеры. Правда, сейчас он сделался подозрительней. Что еще задумала Тереза?

Вздохнув и закатив глаза, Эрис все же отвернулся.

Тереза без малейших колебаний обхватила руками Томаса за шею и притянула к себе. У Томаса не было сил сопротивляться.

Они целовались, однако в душе у него ничто не шевельнулось. Он совсем ничего не почувствовал.

Ветер крепчал, хлеща и закручиваясь в спирали.

В небе прогремел гром, давая повод отстраниться от Терезы. Томас вновь смирил свои чувства. Времени почти не осталось, путь впереди лежал неблизкий.