Шрифт:
– Извини, Дашенька! – издалека заулыбался Дима. И ускорил шаг. Взлетел на крыльцо, обнял Дашу, и женщины, переглянувшись, разочарованно вздохнули. Так и есть: женат! – Жуткие пробки, мне пришлось бросить машину. Ехал на метро.
– А позвонить нельзя было? – со злостью сказала она, отстраняясь. – Сажин, если ты мне сейчас скажешь, что тебе не дали отпуск…
– Да дали, дали! – рассмеялся Дима.
– Ну, слава богу! – Она отступила на шаг назад и окинула его взглядом с головы до ног. Неужели показалось?
– Чтото не так? – Дима нервно поправил галстук. Под пиджаком оказалась светлая рубашка, на ногах ботинки, в общем, Сажин сегодня был при полном параде.
«Я просто не видела его в нормальной одежде, – сообразила Даша. – Вечно эти растянутые майки и свитера, потертые джинсы… Ах да! Мы же в ресторан собрались!»
– Так: говорю только я, – предупредила она мужа, перед тем как войти в дверь. – Ты сидишь и молчишь. Все равно ты в этом ничего не понимаешь. Идем!
Дима послушно шагнул за ней. Обстановка в кабинете сильно накалилась, хотя Сажин просто сидел и молчал, как велела ему жена. Листал журнал и терпеливо ждал, пока Даша спросит совета. Если вообще спросит. Подружки, которые первыми сели к столу турагента, явно манерничали и тянули время, чтобы поглазеть на красивого мужика. Дама средних лет, менеджер по туризму, нервно щелкала мышкой и тоже косилась на сидящего в кресле Диму.
«Наверное, это все изза его нового костюма, – злилась Даша. – Ишь! Вырядился!»
– Сажин, – дернула она мужа за рукав. – Я пить хочу. Я черт знает сколько тебя ждала!
Дима тут же вскочил.
– Я схожу в магазин.
– Вот и иди. Хоть чемнибудь займись.
Когда Сажин ушел, дамы сразу поскучнели. Подружки переглянулись и разочарованно сказали:
– Это нам не подходит. Слишком уж дорого.
– Оставьте свои координаты, если подвернется горящая путевка, я вам позвоню, – раздраженно сказала сотрудница турагентства и переключила свое внимание на Дашу: – Чем могу по мочь?
Когда вернулся Дима, женщины уже обо всем договорились.
– Что так долго? – удивилась Даша.
– Магазин далеко, и там была только вода с газом. А я знаю, что ты такую не пьешь. Пришлось перейти дорогу. Переход тоже далеко, – отчитался муж.
– Да какая разница! – Даша махнула рукой. – С газом, без… Давай уже.
Дима открыл бутылку, оказалось, что он и одноразовый стаканчик прихватил.
– У нас есть вода, – с обидой сказала дама за монитором. – Не обязательно было гонять мужа в магазин.
– Ничего, ему полезно прогуляться. Сажин, а чего это ты так вырядился? – подозрительно спросила Даша.
– У меня была деловая встреча.
– Ааа… Я всегда думаю о тебе лучше. А ты изза переговоров нормально оделся, не изза меня. Надеюсь, ты не забыл о том, что пригласил меня в ресторан?
– Нет, конечно!
– Тогда идем.
– А можно взглянуть на тур, который вы забронировали?
– Зачем?
– Я же сказал: мне дали премию, и мы могли бы позволить себе отель категорией повыше.
– Лучше купи себе на эти деньги нормальный костюм!
– Вы не правы: ваш муж прекрасно одет. – Дама за монитором с обидой щелкнула мышкой.
– Мне нравится светлое, – отрезала Даша и встала. – Сажин, идем!
В ресторане они поругались.
– Тебе и правда не нравится мой костюм? – тихо спросил Дима.
– Мне не нравится счет. – Она хмуро уставилась на лежащий в корочках чек.
– Я заплачу. – Дима полез в карман.
– Сиди уже!
– Не переживай: мне и на костюм хватит, – усмехнулся Сажин. – Кстати, я покупал его в том же магазине, что и Голицын. Специально узнавал у Дана адрес.
– Опять?! – взвилась Даша. – Я же просила тебя не упоминать его имени!
– Рад бы, да не могу! Я уверен: если бы я купил светлый костюм, ты бы непременно сказала, что тебе нравится темное!
– Да мне вообще все равно, что на тебе надето!
– Спасибо, дорогая, за прекрасный вечер, – мрачно сказал Дима и отвернулся от подошедшего к столу официанта. Не хватало еще поскандалить о том, кто будет оплачивать счет. Ну, разумеется, Дарья Витальевна!
– Если тебе не нравится, ты прекрасно знаешь: я тебя не держу. Это ты за меня держишься, Сажин.
– В точку попала! – горько усмехнулся Дима. Официант ушел, а Сажин облокотился на стол и, тяжело глядя на жену, спросил: – Ну, скажи: чего тебе надо? Я сделаю, клянусь!
– Нет.
– Уверена?
– Да.
– Понятно. Ты хочешь замуж за Голицына… – «Я пытался это устроить», – чуть было не проговорился он, но вовремя замолчал. Зачем Даше знать, что те полгода счастья, о которых она без конца упоминает, – и то дело рук ее мужа? Мужа, которого она еле терпит. Не хватало только второй попытки суицида!