– Еще бы, - я ухмыляюсь, - Так, что вместо того, чтобы смотреть, я просто стояла в шкафу, не очень уверенная в том, что мне делать, только тонкая дверь отделяла меня от петтинга Пола.

– Чувак, почему ты просто не подрочил? Почему ты трахал свой матрас? – спрашивает Портер.

Пол скрещивает руки на груди и смотрит на огонь.

– Мой член был возбужден. Я еще не знал, что можно использовать лосьон. Мне нужно было облегчение, которое не связано с трением, а матрас был мягким и приветливым. Не стоит судить меня.

– Почему мы дружим?
– Портер хохочет еще больше, - Как долго ты сидела в шкафу?

– Ну, вот в чем дело. Я просидела там, вероятнее всего, в течение десяти минут, пытаясь сообразить, что мне делать. Я не знала, что вообще он делал, но это продолжалось очень долго, и, честно, я была голодна, и мои ноги свело судорогой, так что я не могла ими пошевелить. Поэтому, я сделала единственное, что мне поможет выбраться оттуда. Я позвала Пола по имени.

Портер и папа одновременно смеются.

– Я сказала, «Пол, это Марли». Пол, совершенно ничего не замечая за своим занятием по фаршировке матраса, просто проорал мне, чтобы я убиралась прочь. Потом я начала ему объяснять, что не могу по очевидным причинам. Снова, он сказал мне убираться, и тогда я сделала еще одну попытку. Я сказала ему, что я в шкафу.

– Да ладно, - Портер вытирает глаза.

Я киваю.

– Да. Но он все еще не верил мне.

– Чувак… - Портер смотрит на Пола.

– Я был слишком занят, чтобы сориентироваться, откуда шел ее голос.

– Потому что он был такой глупый, у меня был только один выход. Я постучала в дверь шкафа, отчаянно говоря, «Пол, я в шкафу!» Ой, мальчики, вы должны были видеть, как быстро он спрыгнул с кровати и начал орать на меня, чтобы я убиралась к черту из его комнаты. Несмотря на него, я рывком открыла дверь шкафа и изо всех сил старалась сдвинуть комод, чтобы пролезть в щель в двери. Я побежала в свою комнату, захлопнула дверь и вцепилась в своего игрушечного Винни-Пуха, раскачиваясь назад и вперед на кровати.

– Черт, это было великолепно.

Мне нравится наблюдать, как Портер смеется. Это одна из самых сексуальных вещей, которую я когда-либо видела. Он не просто смеется, все его тело смеется. Его плечи слегка движутся, его сильные руки обхватили живот, его ямочка вышла посмотреть на мир, это почти соблазнительно, то, как его тело двигается.

– Травма на всю жизнь.

– Поделом тебе, - Пол хватает еще одно пиво и открывает его.
– Ты не должна была сидеть в засаде в шкафу своего брата-подростка. Нехорошие вещи ждут тебя в будущем, если ты будешь так делать.

– Когда мама пришла домой в тот день, я заставила ее смотреть со мной «Мулан», чтобы очиститься от взрослой чепухи, которая прокралась в мой мозг.

– Если бы я только знал, что она собиралась сделать, я бы пожалел тебя, сынок.

– Ты лжешь!
– Пол показывает пальцем на папу.
– В моей голове нет не единого сомнения, что если бы ты преподал мне урок о прикосновении к себе, ты все равно помог бы ей.

Папа пьет свое корневое пиво и раздумывает об обвинениях Пола секунду, прежде чем ответить:

– Знаешь, ты прав. И знаешь почему? Ты проводил слишком много времени в душе и в спальне, после того, как однажды ты понял, что от легкого дуновения твой член вставал. Тебя надо было спустить с небес на землю кому-то. К счастью, твоя сестра была, той кто сделал это.

– Я не думаю, что это к счастью, - возражаю я.

– С меня хватит, - отзывается Пол, допивая остаток пива.

– Думаю с меня тоже, - папа встает и потягивается, - Портер, позаботишься о костре?

– Конечно, сэр.

Пол и папа идут к трейлеру, и на расстоянии я слышу, как Пол разговаривает с папой об истории со шкафом, объясняя ему причины, по которым он трахал матрас. Из того, что я услышала, он привел несколько убедительных доводов, но так как это все сводилось к тому, что он трахнул матрас, он никогда не загладит свою вину.

– Хорошая история, - говорит Портер, толкая меня своим плечом опять, - Не могу поверить, что не слышал ее прежде.

– Я не рассказывала всем, ну знаешь, чтобы сохранить репутацию Пола и все такое.