Я сгораю от стыда. Рассказывать о своей продолжительной симпатии, что он понравился тебе в первый же день, когда вы встретились, - никогда не будет легко, особенно, когда он выглядит, как более красивая версия Генри Кэвилла, если такое вообще возможно.

– Почему ты прячешь свое красивое лицо?
– Портер хватает меня за руки и вынуждает посмотреть на него.
– Когда ты запала на меня?

Я сильно выдыхаю и зажмуриваю глаза, когда отвечаю ему.

– В тот момент, когда впервые тебя увидела. Я подумала, что ты был самым красивым мальчиком, которого я когда-либо видела.

– В первый день? – спрашивает Портер шокировано.
– Но я был такой неуклюжий и грязный.

Очень «женственное» фырканье вылетает из моего рта. Я быстро прикрываю рукой нос, но слишком поздно, лицо Портера все в моих соплях.

Вы когда-нибудь наблюдали, как кто-то случайно выплевывает кусок еды в замедленной съемке? Вы рассказываете, как хорошо проводили время, и по какой-то непонятной причине, они становятся немного оживленными, и вы наблюдаете, как наполовину пережеванный кусок ростбифа вылетает из их рта и медленно - о, чертовски медленно - приземляется на вашу щеку. Вы делаете вид, как будто не почувствовали этого, пока они продолжают разговаривать с вами, не осознавая, что только, что одели вас в мясо. Вы умоляете свои руки оставаться на месте, пока вы считаете до двадцати, прежде чем невзначай потянуться к своему лицу и стереть говяжью тушку, которая развалилась на вашей скуле.

Почему я затронула это? Потому что, когда я фыркнула, как в замедленной съемке, я наблюдала, как мой нос разбрызгивает сопли на лицо Портера, капля за каплей. Он ненадолго закрыл глаза, когда слизь покрывала его.

– О, Господи! Мне так жаль.

Не обращая внимания на мои чувства, он берет свой рукав и вытирает лицо. Когда все очищено, он перекатывает меня и заводит мои руки над моей головой, мое тело под ним, он все еще в спальном мешке.

– Что ты делаешь? – спрашиваю я.

– Ты сморкнулась на меня, думаю, я должен вернуть этот должок, - он опускает голову ниже и начинает фыркать.

– Нет! – я практически кричу, надеюсь, не разбужу Пола и папу.

– Шшш, - он смеется.
– Ты не можешь так кричать. Сейчас у тебя есть два варианта, ты можешь позволить мне сморкнуться на тебя, или можешь снять всю одежду и позволить мне делать все, что я захочу.

– Все, что захочешь?

– В пределах разумного, - он улыбается.
– Главные вещи, которые мы можем обсудить в первую очередь.

– Хмм…ты сморкнешься или облапаешь меня. Думаю, я выбираю – сморкнуться.

– Очень смешно, - говорит он, прямо перед тем, как его губы находят мою шею. Его тело раскачивается надо мной, освобождая его от спального мешка, в то время как его губы творят чудеса на моей коже.

– Ты охрененно вкусная, малышка.

Мои соски мгновенно становятся твердыми от его комплимента. От него требуется немногое.

– Ты очень приятно пахнешь, - я хвалю его. – Это не из-за твоего одеколона, который я так сильно полюбила, это из-за твоего мыла.

Его губы замирают на секунду, прежде чем продолжить целовать мой подбородок, не удосужив меня ответом. Вместо этого, он отпускает мои руки, которые только что были надо мной, чтобы стянуть мою рубашку через голову, обнажая меня прохладному, ночному воздуху, витающему в палатке.

После одного только взгляда, его глаза становятся мрачными в тот момент, когда он видит мою грудь. Его руки блуждают по моему телу вверх к моей груди, где он обхватывает их и пробегается большими пальцами по моим соскам, его губы продолжают оставлять отпечатки на моей шее.

Если бы я все еще не путешествовала с моими папой и братом, и вернулась домой в Лос-Анджелес, я бы попросила Портера поставить мне засос. Не судите меня, это то о чем я всегда мечтала.

Нуждаясь в большем, я хватаю его рубашку и тяну ее через его голову. Мои руки блуждают по его четко очерченной груди фермерского мальчишки, сквозь легкую россыпь волос, я знаю, что он наверняка их подстригает до нужной длины, чтобы завести девушку. Его треники низко сидят на нем, и я понимаю, что он не надел белье. Из-за отсутствия барьера, я опускаю руки и стягиваю его штаны вниз, оголяя его задницу.

Его бедра трутся об меня, демонстрируя свою внушительную эрекцию. Каждый раз, когда у нас была близость, мы делали все немного медленнее, но я чувствую настойчивость в его прикосновениях, только из-за того, что он практически всасывает мое лицо.

– Я хочу большего, Портер.

Его губы отстраняются от меня, и он смотрит на меня похотливым взглядом. Он потерян в желании, это можно сказать по его невменяемому виду.

– Каким способом ты хочешь большего?

Это всегда неудобно говорить для меня, но я все равно скажу.

– У тебя есть презерватив?

Его дыхание становится тяжелее, захват моей левой груди становиться жестче, и он снова проводит своей эрекцией по моей ноге.

– Что если у меня есть? Ты разозлишься?

– Все зависит от того, когда ты его купил?

– Сегодня утром на заправке.

Я смеюсь над его передернувшимся лицом.

– Чувствовал небольшую удачу сегодня утром?

– Больше похоже на желание благодарить толстые пальцы ног Пола, что мы смогли получить возможность остаться наедине.