Если только мы сможем оторвать себя от прошлого, у человечества появится надежда не только выжить, но выжить блаженно; не кое-как влачить свое жалкое существование, а созидать. А пока человек не достигнет самореализации, он не сможет быть счастлив.

Неудовлетворенный человек — причина всех наших бед. Дайте человеку удовлетворение. Предоставьте ему простую возможность выжить и выразить себя, и наша планета станет намного прекраснее, чем самая далекая звезда. Не нужно никуда идти.

Верните каждой личности самоуважение, которое уничтожили религии, — люди живут как зомби. Много миллионов людей и жалкая кучка политиков и религиозных лидеров, продолжающих создавать разного рода помехи, и никто даже не поднимет свой голос. Мы настолько подавлены, настолько унижены.

Мой совет следующий: каждый должен взять все в свои руки, вспомнить о чувстве собственного достоинства, каждый должен быть настойчив, должен задуматься обо всех тех правилах, которые навязало прошлое. И любой порядок, кажущийся неразумным, нерациональным, необоснованным, должен быть отброшен без лишних мыслей.

Если мои люди постараются, они смогут стать истинными личностями, свободными от всех темных теней прошлого; провозгласить себя новыми людьми: мы не христиане, мы не индуисты, мы не мусульмане, мы не американцы, мы не русские — мы просто новые люди. Мы хотим жить с чистого листа, с самого начала, не подчиняясь порядкам, установленным древними, многовековой давности писаниями, которые не имеют ни малейшего представления о том, что случится в будущем.

Мы стоим лицом к лицу со временем, о котором ни в одном писании не было ни малейшего упоминания. Все эти священные писания нужно сделать простыми книгами. Таковы они есть: в них нет ничего священного.

Освободитесь от гнили, от хлама; освободитесь для творческого самовыражения, и вы составите основу нового человечества; иначе нас ждет все больше и больше бед. Мы сидим на вулканах, возведенных нашими великими лидерами, благословенными нашими великими святыми.

Раз и навсегда мы должны осознать заговор религии и политики против человека. Человек должен быть освобожден от политики и религии, от того и от другого, потому что они эксплуатировали его, подавляли его, не позволяли ему быть личностью, полностью свободной и естественной, наслаждаться, как невинный ребенок, не ощущая вины.

Ошо, вчера вечером ты говорил о работе Гурджиева и основной черте личности. Как человеку понять, какая его основная черта?

Это очень просто. Понаблюдай за своим умом несколько дней и посмотри, что забирает большую часть твоей энергии — ревность? жажда власти? эго? Понаблюдай за тем, что забирает большую часть твоей энергии, и ты обнаружишь свою основную характеристику, и это твой главный враг; а ты всегда думал, что это твой главный друг.

Кто-то обнаружит жадность, кто-то — гнев, кто-то может обнаружить подавленную сексуальность, кто-то — комплекс неполноценности или манию величия, не имеет значения, что это. Его обнаружение — почти половина успеха. И только ты можешь его вычислить.

У Гурджиева были свои способы поиска. Он заставлял своих учеников выпить столько вина, сколько они были в состоянии выпить. А он все принуждал и принуждал их. К полуночи все лежали, распластавшись, на полу, а он ходил и слушал, что говорит каждый из них.

Это продолжалось не один день, и после этого он определял основную черту человека, потому что в бессознательном эта основная черта всплывала на поверхность. Это проще, чем психоанализ, потому что психоанализ занимает годы — десять лет, двенадцать лет. Гурджиеву удавалось сделать это за три или четыре дня.

Психоаналитик обнаруживает вашу основную черту, изучая ваши сны, и находит среди всех ваших снов те сны, которые вам снятся постоянно… снова и снова. Но даже тогда его находка — всего лишь предположение, так как он должен ее истолковать, а его толкование — это его толкование.

Другой психоаналитик истолкует тот же сон по-своему — для него основной характеристикой будет что-то еще. Зигмунд Фрейд любой ваш сон истолковал бы как подавленную сексуальность. Некоторые люди рассказывали придуманные сны, но Фрейд не менял своего мнения. Они придумывали такие сны, что в них никто не нашел бы никакой сексуальности, но не Фрейд. Он в них сексуальность находил.

Все что угодно — без разницы, его толкование не менялось; и в отношении большинства людей он оказывался прав: в христианском иудаистском обществе секс подавлен. Стоило бы посмотреть, если бы он приехал на Восток истолковывать сны представителей иной культуры, иных традиций, где секс не подавлен. Он оказался бы в затруднительном положении или вынужден был навязать свое толкование даже им.

Рассказать тот же сон Адлеру — это всегда будет желание власти. У Юнга это будет некий древний миф, каждый раз повторяющийся, — и это в том же самом сне.

Гурджиев был величайшим психоаналитиком двадцатого века. Три, четыре дня принудительного пьянства делали людей бессознательными, насколько это возможно, и они начинали показывать свои истинные лица. Человек, который никогда не сердился, кричит, и злится, и кидается разными предметами, и готов убить любого. Вы бы никогда не подумали, что этот джентльмен способен на такое. А он вел себя так на протяжении трех или четырех дней — значит, это лежит внизу, в его бессознательном, и является его основной чертой. Как только она была обнаружена, Гурджиев давал человеку определенное задание.