– И, тем не менее, я все же попытаюсь разыскать его.
– Упрямо наклонил голову Фэйкор.
– Я много странствовал по миру, собирая слухи и читая строки древних давно забытых сказаний. Также слушал я и тонкие энергии мира. Один из Высоких явил мне свою волю, поведав, что я должен следовать своим путем несмотря ни на что. То же самое говорит мне и мое сердце...

– Высокий? Кто он?
– прищурился король.

– Прости, владыка, но я не могу открыть тебе его имя.
– Покачал головой Фэйкор.
– Я и так сказал уже слишком много...

– Что ж, в таком случае я не буду препятствовать тебе.
– С явным усилием выдохнул Тубар. Ему было не слишком приятно сознавать тот факт, что у его поданного могут быть от него секреты, но с Фэйкором случай был особый. Подобно самому королю Вод Пробуждения он был одним из самых первых детей Илуватара, рожденный огнем его воли на самом востоке Средиземья на Водах Пробуждения, а не из лона материнской утробы.

К тому же слыл Фэйкор лучшим воином и магом народа авари, сочетая в себе невероятный внутренний дар и колоссальную тягу к созиданию и самосовершенствованию. Подобно великому Феанору был он истинным мастером, уникальным в своем роде, но в отличие от гениального нолдора, сотворившего Сильмарилы и тем самым воспевшего себя в вечности, кроток нравом и добр сердцем был авари, с духом абсолютно чуждым гордыни и себялюбию, отчего его деяния до сих пор во многом оставались в тени, и имя его не звучало столь же ярко, сколь звучали имена великих воителей и государей иных эльфийских ветвей.

– Отправляйся в путь, раз решил, и постарайся вернуться с победой. Ныне от тебя зависит все будущее и благополучие нашего народа...
– С этими словами верховный король Вод Пробуждения вбросил меч в ножны и покинул зал, оставив сильнейшего среди народа авари наедине с его нелегкими думами.

Глава первая. Незадавшаяся поездка.

– Эй, Далго, лови!
– В темную курчавую голову хоббита полетело увесистое яблоко, от которого тот чудом успел уклониться лишь в самую последнюю секунду, и сочный наливной плод, пролетев мимо цели, упал в густую зеленую траву довольно далеко от обочины тракта.

– Опять ты со своими шуточками, Бобби...
– Недовольно проворчал Далго, шутливо замахиваясь кулаком на своего светловолосого голубоглазого товарища с донельзя хитрым и проказливым лицом. Глядя на него, становилось понятно, что его обладатель и минуты не сможет прожить без шуток и каверз.

– Угомонитесь вы уже оба...
– Бросил товарищам третий хоббит подобно первому темноволосый, но его волосы были абсолютно прямыми. К тому же он обладал изрядной худобой и довольно унылым вытянутым лицом, таким образом являя собой полную противоположность второго.
– Весь товар попортите...

Трое товарищей являлись хозяевами довольно большой деревянной повозки, полной самыми разными овощами и фруктами, выращенными в Бэкланде на продажу, запряженной двумя крепкими упитанными серыми пони. Хоббиты ехали на ярмарку, так как как раз был самый сезон, вместе с караваном из Брендинорья состоявшим примерно из трех десятков телег. Путь из Бэкланда в Бри был, несмотря на древний запрет для людей преступать черту земель малорослого народца, обозначенный еще самим великим Элессаром Эльфийским, далеко небезопасен, и посему многие хоббиты были вооружены пращами и луками на случай всяческих неожиданностей.

Без малого тысяча лет минула с момента окончания последней великой войны и падения Саурона, и если первые пять столетий после нее были воистину золотым веком, то затем все постепенно пошло на спад, и стало намного менее радужным. Зашевелились расплодившиеся за века орки, несмотря на регулярные облавы и карательные походы, устраиваемые дружинами Гондора и Арнора и не без помощи подгорного народа практически во всех уголках Средиземья.

Разве что далекие северные пустоши и практически необитаемый Фородвэйт были для них недоступны, ибо поход туда наверняка обернулся бы колоссальными финансовыми и людскими затратами. К тому же по легендам там скрывались древние твари Тьмы, бежавшие в эти холодные негостеприимные земли еще во времена падения Мелькора, а сражаться с Предначальной Тьмой у обычных людей пусть даже и прямых потомков дунадайн сил вряд ли достанет.

Ангмарцы и прочие людские народы из числа тех, что в свое время служили Гортауэру, тоже почуяли свою силу, с все большим и большим вызовом поглядывая на своих грозных соседей, коих они еще пару столетий назад боялись до одури и не решались лишний раз поднимать голову пред лицом величия могучих западных держав Арнора, Гондора и Рохана.

Поговаривают, что даже безжизненный Мордор был теперь далеко не столь необитаем, как это было в самом начале Четвертой эпохи людей, и туда тоже ныне не было хода западным воителям. Орки привлеченные темными эманациями тамошних земель оставшихся там со времен правления Черного Властелина неисчислимыми ордами собирались на темных каменистых пустошах, роясь вокруг развалин Барад-Дура и прочих крепостей подобно муравьям и не зная устали восстанавливая их былую грозную мощь. Хорошо еще что у темных народов до сих пор не было единого сильного вождя, который сумел бы сплотить их в единый кулак, иначе западным королевствам пришлось бы совсем туго.

Пока же адептам светлых сил еще худо-бедно удавалось сохранять свое влияние, где силой, а где и ловкими интригами сталкивая промеж собой поклонявшихся Тьме, но так не могло продолжаться слишком долго. Орки и им подобные плодились с катастрофической скоростью в отличие от людей запада, не говоря уже о гномах и тем более перворожденных, коих в Средиземье после знаменитого Исхода осталось совсем малое количество. А значит, вскоре что-то должно было случиться.

Воины Соединенного Королевства по-прежнему были сильны, но даже им не улыбалось понапрасну губить свои жизни в чужих землях. К тому же за века мира люди стали совсем другими. Из них практически напрочь исчез тот дух отваги и авантюризма, коий был свойственен им в прошлые героические эпохи. Теперь намного более правильным среди эдайн считалось ценить комфорт и внешний достаток, нежели блистать подвигами на поле брани. Люди стали более похожими на хоббитов своей рачительностью и любовью к спокойной размеренной жизни.