— Кто там? — спросила она.

— Это я, сеньора. Не бойтесь, — прошептал незнакомый голос. — Бонифасио Кабрера.

— Кто?

— Хромой Бонифасио, друг Сьенфуэгоса.

Она приподнялась, даже позабыв прикрыть наготу, и внимательно посмотрела на человека, шагнувшего вперед, к изножью кровати.

— И что ты здесь делаешь? — поинтересовалась Ингрид. — Если муж тебя застукает, то убьет.

— Знаю, но дон Луис де Торрес попросил меня сообщить, что он ждет вас у леса.

Сердце чуть не выскочило у нее из груди.

— Дон Луис де Торрес! — воскликнула виконтесса. — Это невозможно! Он отплыл этим утром.

— Нет, пока еще здесь.

— И чего он хочет?

— Не знаю, он лишь сказал, что это срочно, он хочет встретиться с вами еще до зари.

Виконтесса де Тегисе вскочила с постели и бросилась к шкафу в поисках платья, но тут же вспомнила, что вся ее одежда валяется в саду, став игрушкой ветра, а теперь и грязи с водой.

— Идем! — сказала она, несмотря на это.

— Вот так? — удивился парень.

— Накину что-нибудь внизу. Как ты сюда проник?

— Через балкон, но это опасно.

— Не волнуйся, — заявила Ингрид, направляясь к балкону. — Если ты сумел подняться, то и я смогу спуститься.

И она сумела, несмотря на темноту и ливень, мысленно поблагодарив капитана Леона де Луну за то, что так любит своих догов и позволяет им ночевать в своей башне. Когда она, наконец, оказалась на земле, то огляделась в поисках какой-нибудь одежды, не беспокоясь о том, что ее платья превратились в грязное тряпье, с которого капает вода.

— Идем! — повторила она робко прихрамывающему Бонифасио. — Идем! Быстрее!

— Быстрее? — удивился тот. — Мою ногу не излечила и Пресвятая дева Ковадонгская. Хватит с меня того, что я сюда добрался.

Они перелезли через стену, оставив на покрывающем ее плюще лоскуты кожи и одежды, и пошлепали по грязной тропе, спотыкаясь, тяжело дыша и снова поднимаясь, пока не добрались до опушки леса, где вымокший до нитки Луис де Торрес держал в поводу двух беспокойных лошадей и знаками приказывая поторопиться.

— Сюда! — пискнул он. — Сюда!

— Да не бегите так! — взмолился хромой. — А то и здоровую ногу сломаю.

Ингрид взяла его под руку и помогла ускорить шаг, а в это время Луис направился к ним, потянув за собой лошадей, которые отказывались двигаться в темноте.

Когда, наконец, они встретились, немка тут же поинтересовалась:

— Что это всё значит, дон Луис? Я думала, что вы уже в море.

— Я обещал вам помочь и сдержу обещание. На южном берегу острова нас ожидает ялик.

— И куда я на нем поплыву? — удивилась Ингрид. — Вы же не собираетесь догонять флот в открытом море. Это безумие.

— Нет, разумеется. Не в открытом море. Но в последний момент адмирал решил сделать короткую остановку на Иерро, и я попросил мастера Хуана де ла Косу высадить меня на берегу. Вы по-прежнему намерены ехать?

— Конечно!

— Тогда в путь. Эскадра снимется с якоря вечером. Значит, в нашем распоряжении меньше двадцати четырех часов, чтобы найти лодку и добраться до Иерро.

Он помог виконтессе забраться на лошадь и ловко вскочил на вторую. Хромой Бонифасио тут же вцепился в его ногу.

— Сеньор! — всхлипнул он. — Не оставляйте меня здесь, сеньор. Я так устал и так напуган.

— Ладно! — согласился королевский толмач и протянул руку, чтобы хромой уселся сзади. — Доставлю тебя до деревни.

Они пустились в путь с максимальной скоростью, которую позволяла темнота, деревья и слякоть, и когда в конце концов выехали на широкую и открытую тропу, а в поле зрения появились первые дома, Луис де Торрес остановил лошадь и достал из кошеля несколько тяжелых монет.

— Держи! — сказал он, протянув их хромому. — Как я и обещал.

— Я бы предпочел, чтобы вы расплатились со мной по-другому, сеньор, — ответил тот. — Возьмите меня с собой!

— Куда?

— Туда, где сейчас Сьенфуэгос: в Сипанго.

— Рехнулся?

— Не больше вашего. Здесь я всегда буду всего лишь хромым и вечно голодным бедняком. А в Новом Свете, глядишь, однажды смогу себе и приличную лошадь купить.

— В Новом Свете нет лошадей.

— Будут, — убежденно заявил парнишка, а потом протянул руки к виконтессе. — Прошу вас, сеньора! — взмолился он. — Из меня выйдет хороший слуга.