Лера на секунду замерла перед монитором, осмысливая прочитанное.

— Оперативная тварь… и откуда ты все знаешь?

Это она сказала самой себе, а в ответ написала:

«Я не понимаю, что это за подсказка! Я решила, что это может быть внук Антоновой или что-то в ее квартире, ведь рука указывала на нее».

«О да, фокус с рукой удался на славу, не так ли? Но неужели я переоценил твои способности? Такой игрок мне не нужен… На первый раз я тебя прощаю, и дам вторую подсказку. Считай это… форой».

На несколько секунд воцарилась тишина. Лера ждала, слушая стук своего сердца. Наконец, пришло сообщение.

«Что ты думаешь о журналистах?»

Лера недоуменно смотрела в экран, не понимая смысла вопроса. К чему это? Подсказка? Но на что она указывает?

«Ничего», — отстучала она. — «Мне некогда о них думать, особенно теперь».

«А зря. Журналисты — интересный народ. Обычные люди для них — материал, свои же писаки — как пауки в банке. Кто кого сожрет».

«Не все такие», — ответила Лера. — «Или ты судишь по себе?»

«Если бы я судил по себе, то назвал бы их… скажем, муравьями. Но ты начинаешь меня утомлять. Действуй, пока не поздно».

«Подожди! Что тебе от меня нужно???», — в отчаянии написала девушка.

Тишина зазвенела в ушах.

«Правило первое нарушено. Выгляни на улицу, тебе посылка».

Что за… — только и успела подумать Лера, как послышалась пронзительная мелодия дверного звонка.

Вот теперь ей стало по-настоящему страшно.

Покосившись на мерцающий экран, Лера встала с кресла и замерла. Она боялась обернуться даже к темному окну, словно там мог стоять маньяк из фильма ужасов. Собрав все силы и подавив волну страха, она резко развернулась, и задернула занавески. Теперь оставалось подойти, и посмотреть, кто за дверью…

А может, стоит сразу вызвать полицию?

Нет, это отрежет все пути к разгадке тайны «голоса». А, возможно, сделает только хуже. Если этот негодяй так хорошо осведомлен обо всех делах Валерии, он доберется до нее в любом случае. И неизвестно до кого еще. Нет, нужно открыть.

Арчибальд насторожился и первым подошел к двери комнаты. Однако, пес не проявлял никакого беспокойства, не рычал и не поднимал шерсть на загривке. Лера немного успокоилась. За дверью определенно никого не было. Да и быть не могло, потому что звонок находится на улице, а не в коридоре.

— Надо подойти, не будь трусом, — говорила себе Валерия, не решаясь сделать и шага.

Наконец, она вооружилась ножом из кухни — сама себе ужаснулась, положила нож, взяла скалку и баллончик с краской. Травмоопасно, но не смертельно.

Подойдя к двери на цыпочках, Лера прислушалась. В коридоре стояла полнейшая тишина.

«Если что, заору, кто-нибудь из соседей услышит», — решила она, и осторожно приоткрыла дверь.

В коридоре никого не было — как и следовало ожидать. Только дверь на кухню зловеще чернела в конце коридора — но глупо прятаться на кухне, если пришел кого-то убить. Стало быть, и там никого.

— Арчи, к ноге, — тихо сказала Лера, и пес послушно пошел рядом с ней.

Тихо скрипнул ключ, дверь приоткрылась, впуская струю холодного апрельского воздуха, и Валерии показалось, что ее облили ледяной водой.

На пороге никого не оказалось. Белесый свет от фонаря освещал улицу и крыльцо.

Маленькую красную коробочку с красивым бантом Лера заметила не сразу. Только когда Арчи принялся старательно ее обнюхивать, Валерия быстро подняла «посылку», опасаясь, что в ней яд, который ньюфаундленд может вдохнуть. Мысль, что яд может быть контактным, и убивать при прикосновении, пришла к ней мгновеньем позже. Но ничего не случилось.

«А подарочек-то знакомый», — промелькнула мысль. Но Лера была так напугана, что не придала ей значения.

Вместе с Арчи она вернулась в комнату, быстро заперла дверь на ключ, и внимательно рассмотрела коробочку под лампой: на красивой блестящей упаковке красовалось клеймо в виде короны, или буквы «ш», изящно выведенной рукой художника-каллиграфа. Стенки коробки оказались очень тонкие, почти бумажные.

Лера приложила ухо к «подарку», и услышала слабый шорох.

«Интересно»… — подумала она, и мысль тут же пронзила догадка.

Взвизгнув, Валерия едва не выронила коробку, но вовремя сдержалась, ухватив ее за самый кончик бантика, положила в стеклянную банку, и карандашом расковыряла дырку в тонкой стенке.

Из дырки выскочил крупный коричневый паук, угрожающе приподнял передние лапки и мощные челюсти.

Лера быстро завинтила крышку банки и с шумом выдохнула.

— Так вот ты какой, сиднейский лейкопаутинный паук, — подняв перед глазами банку, произнесла она. — Я тебя раскусила.

Паук замахал лапками и отвернулся.