– Извините ее, – просительно произнес Никифор. – Простая душа. Что думает, то и говорит.

– Я и вижу.

– Ты за меня, Бурышка, не заступайся! – неожиданно сердито произнесла Катя. – Я за свои слова отвечаю. Сказала, не женится он больше, значит, так и будет.

– Но почему, почему?! – возопил таксист.

Катя вновь умолкла.

– А я выйду замуж за Павла? – с любопытством спросила Лилька, но ответа так и не получила.

В салоне вновь повисло молчание. На этот раз оно казалось не то чтобы тягостным, однако ощущалось в нем некое напряжение.

Машина выехала за город и теперь неслась мимо смутно белеющих полей, дач, поселков, заправочных станций, ярко освещенных придорожных заведений, закусочных и ресторанчиков.

– Я что-то есть захотела, – неожиданно сообщила Лилька. – Целый день на ногах, маковой росинки во рту не было. Давайте перекусим.

– Хорошо, – согласился Бурышкин. – Остановитесь, пожалуйста, возле первой же забегаловки.

Через пару минут шофер притормозил перед стекляшкой.

– Кто со мной? – спросила девушка.

– Я тоже пойду, – согласился Никифор. – А ты, Катя?

Шаманка молча покачала головой. Не выразил желания и таксист.

– Боитесь, что я убегу? – хмыкнула Лилька, когда они вошли внутрь.

– Напротив, вы можете делать все, что вам угодно. Адрес все равно мне известен.

– Все равно я не пойму, как она узнала, – задумчиво произнесла девушка.

– И я не пойму, – признался Бурышкин. – Катя вообще загадочная личность.

– Так она правда шаманка?

– Самая настоящая.

– А вы сами-то кто?

– Я же объяснял. Ученый. Занимаюсь парапсихическими исследованиями.

– Парапсихическими? Это что же, дураков лечите?

– Нет, парапсихология – это немножко другое, чем психиатрия. Как вам объяснить…

– Ладно, не стоит, – небрежно бросила Лилька.

Она подошла к стойке, заказала стакан кофе и пару бутербродов с сыром и салями. Бурышкин попросил пирожное-безе и апельсинового сока.

– Такой солидный мужчина, а как птичка кушаете, – удивленно сказала девушка.

– Да я, в общем-то, не хочу. Просто за компанию.

– Я же говорю: опасаетесь, что свалю, – заметила девушка. Произнесла она с полным ртом, поэтому получилось не очень членораздельно, но Бурышкин расслышал. Он пожал плечами, но развивать тему не стал.

Через пять минут они вернулись в такси и сразу почувствовали: обстановка внутри разрядилась. Водитель в такт несущейся из динамиков музыке мурлыкал себе под нос. Он явно повеселел и расслабился. Катя по-прежнему молчала, но тоже казалась довольной.

– Едем дальше? – спросил водитель. – Тут уже недалеко. Минут через десять будем на месте.

И точно, вскоре машина остановилась перед искомым домом. Фары осветили высокие стены из импортного кирпича, могучие стальные ворота, калитку, над которой виднелась телекамера.

– Приехали? – спросил у Лильки Бурышкин.

– Вроде.

– Как же мы вовнутрь попадем?

– А домофон для чего? Сейчас переговорю с этой… как ее… со Светой, если пустит, то пройдем в дом.

Бурышкин и Лилька вышли из такси и подошли к калитке. Но сколько Лилька ни жала на кнопку домофона, никто не отвечал. Теперь из машины вылезла и Катя, и даже таксист.

– Не пускают, – озабоченно произнес он.

– Похоже на то, – отозвался Никифор.

Таксист подошел к калитке и потянул дверную ручку. Дверь легко подалась.

– Да тут не заперто, – прокомментировал он. – Смело шагайте вперед, господа-товарищи.

– Сейчас я с вами расплачусь, – обратился к таксисту Никифор.

– Можете не спешить. На обратной дороге и рассчитаемся.

– Вы нас собираетесь ждать?

– А чего? Отсюда все равно никого не подсадишь.

– Но, возможно, мы пробудем здесь дольше, чем собирались?

– Да ради бога. Буду ожидать, сколько вам угодно.

Подобная услужливость несколько удивила Бурышкина, однако он не выказал своих чувств, а вместо этого обратился к Лильке:

– Ну что, вперед? Там случайно собаки не обитают?

– Кажется, нет. Впрочем, не уверена. Меня другое беспокоит. Почему калитка открыта? Обычно раньше подобного не наблюдалось.

– И что, по-вашему, подобное значит?

– Затрудняюсь с ответом. Возможно, хозяйка куда-нибудь ненадолго отлучилось. Хотя в такое время… Ладно, вперед.