Неожиданно шаманка опередила своих спутников и шагнула во двор первой. Получилось у нее это весьма ловко и непринужденно.

– Словно к себе домой, – недовольно бросила ей в спину Лилька, однако невольно посторонилась.

Свет фар такси отбрасывал на стены и ворота длинные черные тени; он проникал через отворенную калитку и высветил кусок мощенной плитками дорожки и невысокую голубую елочку, которую тут же заслонила фигура шаманки. Следом за Катей во двор вошла Лилька, замыкал шествие Никифор Митрофанович.

Войдя во двор, он огляделся, насколько хватало освещения. Лучи фар освещали лишь небольшую часть двора, а остальное пространство от этого, казалось, полностью утопало во мраке. Дом высился перед ними темной громадой, словно средневековый замок, в котором происходят невесть какие ужасы.

– Ни одно окно не горит, – удрученно, даже с легким испугом произнесла Лилька. – Интересно, почему? Куда все делись?

Катя между тем по-хозяйски, словно бывала здесь тысячу раз, подошла к входной двери и распахнула ее.

– Погоди! – воскликнул Никифор, – Ты куда? Нельзя без спросу.

– Почему нельзя? – спросила шаманка, обернувшись к нему.

– В чужой дом без приглашения…

– Сюда можно. Уже знаю.

Тон ее был столь уверенным, что Бурышкин без колебаний последовал за Катей.

В прихожей было темно, только красная точка указывала, где находится выключатель.

– Эй, хозяева?! – воскликнул Никифор Митрофанович. – Есть кто дома?

– Не кричи зря, – одернула его шаманка. – Никто все равно не ответит. Тут все дома… и никого нету. Такое место.

Бурышкин щелкнул выключателем, и прихожую залил мягкий рассеянный свет. Он осмотрелся. Первое, что привлекло его внимание, было огромное, во всю стену, зеркало, сразу же пробудившее в памяти интерьер квартиры, где они вступили в контакт с демонами. Там зеркало служило чем-то вроде экрана, на котором возникали сцены из потустороннего мира. Даже не экраном, а своего рода дверью туда, где водится подобная нечисть. А здесь? Что значат странные намеки Кати?

– Куда дальше? – спросил он, непонятно к кому обращаясь.

– Не шуми, – вновь одернула его шаманка. Она медленно обошла прихожую, словно принюхиваясь, потом направилась дальше.

– Куда она? – шепотом спросил Бурышкин у Лильки.

– Впереди большой холл, – отозвалась девушка. – Наверное, туда.

– Идите за мной, – скомандовала Катя. Она уверенно, словно бывала здесь не один раз, провела их в холл и указала на кресла. – Сидите пока, а я по дому похожу. Только никуда не девайтесь. Будьте здесь. – И она мгновенно удалилась.

– Ну вот, приехали, – удрученно произнесла Лилька. – Сидеть повелела. Где вы только отыскали это чучело? И потом, какова ее роль?

– Вроде собаки-ищейки, – усмехнулся Никифор Митрофанович. – Носом нечисть чует.

– Да какая тут нечисть? Выдумаете, тоже. Не нравится мне все это. И с какой стати я должна здесь сидеть без движения. Телевизор включить, что ли? – Она потянулась к пульту, нажала кнопку. Экран замерцал, но изображения не было. Лилька перебирала каналы, но картинка повсюду отсутствовала. – Странно, – заметила девушка. – Антенна, что ли, отключена? Почему вдруг?

Где-то вне холла послышался звук приближающихся шагов.

– Кто-то идет, – сказала Лилька. – Наверное, хозяйка. Сейчас будет скандал!

Но в дверном проеме появилась вовсе не Светлана Петровна, а таксист, который привез их сюда. На лице его было написано боязливое любопытство.

– А вам чего здесь надо? – недовольно спросила Лилька. – В машине бы сидели…

– Одному сидеть скучно, – стал неумело оправдываться таксист. – И вообще интересно, зачем вы сюда приехали.

– Вот еще новости: интересно, видите ли, ему. Ваше дело за рулем находиться.

– Да пускай остается, – заступился за таксиста Бурышкин. – Может, расскажет чего.

– Я думал, вы расскажете, – возразил водитель. – Что вы тут собираетесь делать?

– Ищем одного молодого человека, – сообщил Никифор.

– А где эта непонятная женщина?

– Отправилась обследовать окрестности.

– Да, конечно. Как я сам не сообразил. Можно, я с вами немного посижу?

– Оставайтесь, коли пришли, – разрешила Лилька.

– А долго вы тут пробудете?

– Кто его знает. Хотя, думаю, не очень. Сейчас эта тетка вернется, скажет, что никого в доме нет, и мы поедем обратно в Москву.