– Что еще? Я уже все рассказал, – проворчал доктор.

Это была не правда. Будро лишь в самых общих чертах рассказал о характеристиках и результатах работы прибора "Джи-Семь". Да и в подробностях и не было особой необходимости, так как захватчики все еще не завладели прибором.

Кэрол об этом не знала, но догадывалась. Когда она увидела колонистов, доставленных сюда с разных концов поселка, Спока среди них не оказалось. Значит, если кто-то и спрятал "Джи-семь", то это мог быть только вулканец.

Разумеется, Кэрол не могла подойти к клингонам и спросить, где пропадает ее знакомый мистер Спок, как не могла узнать и о судьбе Дэвида и ребят. Если офицеру Звездного флота, действительно, удалось обвести клингонов вокруг пальца, то, может быть, ему удастся связаться с "Энтерпрайзом". А если он с ребятами?

Помогая доктору Будро подняться на ноги, Кэрол встала между ним и клингоном. Администратор уже не молод, еще один сильный удар может навсегда свалить его с ног.

– Отойди, женщина! – рявкнул клингон.

– Что вы от него хотите? – встревожилась Кэрол.

Клингон поднял в удивлении бровь.

– Это тебя не касается. Отойди, не то ты пожалеешь.

– Все в порядке, Кэрол, – примирительно сказал Будро. – Не надо меня защищать.

Он был прав, и Кэрол это знала, но легче ей не стало.

Рявкнув что-то еще, клингон повел администратора к выходу. Прихрамывая и пошатываясь, доктор Будро Несколько раз оглянулся назад, словно хотел навсегда попрощаться с Кэрол.

Зал, в котором разместились участники переговоров, был таким же просторным, как и зал заседаний правительства, с такими же высокими окнами из цветного стекла. Длинный стол был уже заставлен столовыми приборами, но блюда еще не подали.

– Как вы могли сделать такое? – сквозь зубы процедил посол, обращаясь к Кирку. – Как вы только додумались до этого?

– Просто пришла в голову хорошая идея, вот и все, – пожав плечами, спокойно ответил Кирк.

Капитан рассеяно рассматривал великолепие зала, но обратил внимание на неприятные нотки в голосе посла, Фаркухар важничал даже в частных, располагающих к откровенности разговорах.

– Хорошая идея! – передразнил он. – Это была самая худшая идея! И вообще, как только офицеры Звездного флота начинают лезть в дипломатические переговоры, всегда проблемы.

– Да ну?! – издевательски вставил Скотт. Маккой тоже не оставил выпад посла без внимания.

– В самом деле, – сел на любимого конька Фаркухар, даже не удостоив бортинженера взглядом. Внимание посла было полностью обращено на капитана. – Мы уже потеряли всякую возможность встретиться с обирратами по вашей милости. Теперь вы хотите рассорить нас с мантилами? Наша задача, капитан, – объединить два враждующих народа. А по-вашему получается, что для этого их нужно сначала настроить против нас, не так ли?

Капитану за много лет стало стыдно: за недостойную мужчин перепалку, да еще на глазах у самого Первого Министра правительства огромного и развитого во многих отношениях государства. Кирку не хотелось больше поддерживать препирания, и он принялся молча разглядывать цветные стекла. Казалось, капитан пропустил мимо ушей все слова посла.

Он отрешенно рассматривал живописную картину с изображением отвратительных священных животных мантилов. Ему показалось сначала, что художник изобразил кубайев в момент спаривания, но приглядевшись, решил, что ошибся, хотя и не был в этом до конца уверен.

– Вы слушаете меня?! – взорвался посол. В ответ капитан глубоко вздохнул и лениво посмотрел на Фаркухара.

– Мне кажется, в последнее время я только тем и занимаюсь, что слушаю вас, и должен заметить, мне все больше не нравится то, что вы говорите.

– Я предлагаю извиниться перед Первым Министром и его коллегами и открыть заседание.

Кирк почувствовал приступ злости.

– Извиниться? – медленно переспросил он. – Что ж, хорошо. Мне тоже хотелось бы, чтобы в самом начале переговоров мантилы не таили ни зла, ни обиды на нас.

Капитан посмотрел на Маккоя, а затем на Скотта. Офицеры с нескрываемой симпатией глядели на своего капитана. В их глазах Кирк читал сочувствие и поддержку.

– Извините за наше поведение, джентльмены, – произнес капитан и обратился к послу. – Вы, конечно же, считаете, что мы недостаточно извинились за нашу запоздалую помощь, за то, что захотели посмотреть этих несчастных животных и святые места, за то, что оказались в центре волнений, даже за то, что отняли у мантилов драгоценное время своими дурацкими предложениями. И, конечно же, вы не думаете, что они уже немного устали от наших извинений.