Он вернулся к своему заклинанию.

В это время на площади появился отряд лучников и, рассыпавшись, обрушил на нас град стрел. Два человека, колдун и солдат, рухнули с крыши. Один еще корчился от боли, другой затих.

– Ты, — обратился Тенедос к одному из наших лучников, – дай мне свою стрелу.

Солдат повиновался. Император мгновение разглядывал деревянную палочку с оперением и острым наконечником.

– Эх, если бы у нас было чуть побольше их крови, – с сожалением произнес он. – Но ничего, и это сойдет.

Закрыв глаза, Тенедос прикоснулся острием стрелы к своему веку, затем к земле, бормоча на незнакомом мне языке.

– Ложись! – вдруг крикнул кто-то. – Они снова стреляют!

Мы распластались на крыше, что было глупо, так как стоя мы представляли собой менее удобную мишень для стрел. Но ни одна стрела не достигла крыши: они задрожали, словно ощутив дуновение сильного ветра, и попадали на землю.

Тенедос окликнул одного из колдунов.

– Ты знаешь, как это делается?

– Кажется, знаю, ваше величество.

– Читай заклинание каждый раз, когда ублюдки будут в нас стрелять. Надеюсь, им это надоест раньше, чем нам.

Император посмотрел на реку.

– Майсирцы двинули на варанцев кавалерию, – сказал он. – Два... нет, три полка.

– У вас есть заклятие, чтобы им помешать? – спросил я.

Теперь силы неприятеля превосходили наши в восемь раз.

– Я уже работаю над одним заклинанием, – недовольно отмахнулся Тенедос. – Рисковать нельзя. К тому же...

Не договорив, он умолк.

Я помню все эти события так отчетливо, словно они происходили в тишине комнаты и ничто меня не отвлекало. На самом деле воздух был наполнен криками, стонами раненых и умирающих и пронзительным завыванием майсирских рожков.

– Кавалерия обрушилась на варанцев, – объявил Тенедос.

Он склонил голову, и все вокруг умолкли. Я с трудом сглотнул подступивший к горлу комок. Поморщившись, император поднял взгляд.

– Они пали смертью героев, – сказал он. – Их подвиг будет жить в веках. – Помолчав, он добавил: – Теперь можно творить «Великое заклятие».

Его слова должны были бы сбросить остатки пелены с моих глаз, но я едва расслышал их. Начало светать.

Основные силы нашей армии, остававшиеся на противоположном берегу, перешли в наступление. Гвардейцы тесными рядами скатились с холмов и вышли на мосты. Наша армия оказалась в очень невыгодном положении, и майсирские войска двинулись к реке через Сидор. На солдат, бегущих по узкой деревянной полосе, полился дождь стрел. Я видел, как падают и другие нумантийцы, и вражеское оружие тут было ни при чем. Майсирские колдуны тоже вступили в дело.

Те, кто был в первых рядах, погибли все до одного, и следующей волне наших солдат пришлось переступать через их трупы. Они тоже были убиты, и на мостах образовались баррикады из мертвых тел, за которыми можно было укрыться от стрел. Но офицеры безжалостно гнали гвардейцев вперед. Трупы сбросили через ограждения в реку, и солдаты двинулись на новый приступ. Вот когда пришла пора расплачиваться за красивые мундиры, восторженные взгляды девушек и блеск парадов. Понимая это, гвардейцы шли вперед, склонив головы, словно борясь с сильным встречным ветром.

Майсирцы вопили от радости – захватчикам будет нанесен смертельный удар! Все нумантийцы, от императора до простого солдата, погибнут в этом маленьком городишке.

Я надеялся, неприятель забудет про амбар, но вдруг на площадь выбежали солдаты с осадными лестницами; другие прикрывали их щитами. Майсирцы приставили лестницы к стенам. Наши воины попытались их свалить, но концы лестниц, судя по всему, обработанные каким-то колдовством, намертво прилипли к камню. Майсирцы полезли наверх. В них полетели стрелы и дротики, и нападавшие посыпались вниз. Но на смену им уже лезли другие, обуянные жаждой крови.

Майсирские лучники снова стали осыпать нас стрелами, и действие блокирующего заклятия, похоже, прекратилось, потому что теперь оперенные посланцы смерти прицельно влетали в окна амбара. Два майсирца, добравшись до конца лестницы, соскочили на верхний этаж и убили одного нашего солдата, прежде чем Йонг расправился с ними. Завязался бой, но наконец одному нумантийцу удалось перерубить топором верх лестницы, и она упала, увлекая за собой всех, кто на ней был. Но в другие окна уже лезли новые нападавшие, и бой закипел с новой силой.

Если нашим войскам не удастся переправиться через реку, мы обречены. А солдаты топтались в нерешительности, отходили назад, но потом снова шли вперед, подгоняемые офицерами, которых они боялись больше, чем неприятеля. Мосты и островки были завалены телами убитых; бесчисленные трупы плавали в полыньях, образовавшихся в тонком льду.

Император молча следил за происходящим. Я начал было что-то говорить ему, но остановился. Это он Король-Провидец; он знает, когда настанет подходящий момент.