– Доктор! – выкрикнул Кендалл, заставив мужчину обернуться. – Как… Как она? Как прошли роды?

– А, мистер Шмидт… Что ж, очень сожалею, но я не могу сказать вам ничего хорошего.

– То есть как это не можете?

– Нет, вы серьёзно думали, что роды пройдут успешно после того, что вы сотворили со своей невестой? – недовольно спросил доктор.

– Что? Я ничего не…

– Вы заставляли её волноваться, Кендалл! Причём очень сильно, вы слышите? Я повторюсь, очень сильно.

Шмидт потупил взгляд; повисла тишина, прерываемая надоедливым гудением лампочки. Только сейчас Кендалл понял, что роды уже закончились, а он так и не услышал детского крика…

– Что… – начал он, кое-как сдерживая слёзы. – Что произошло?..

– Ребёнок умер, – сообщил врач. – Мамашу пытаемся спасти, но… Сейчас наши лучшие врачи делают всё, что в их силах.

– Мистер Дженнингс. – Из кабинета вынырнула молодая медсестра и обратила свой взгляд к доктору.

– Да, Эмили?

– Пациентка скончалась. Доктора старались изо всех сил, но их сил не хватило, её сердце… Оно не выдержало.

Кендалл издал короткий стон. Из его глаз брызнули слёзы, он развернулся на девяноста градусов и, потеряв сознание, упал на пол.

– Кендалл! – слышал он голос доктора как в тумане. – Кендалл!

Темнота.

– Кендалл! – Кто-то тряс Шмидта за плечо. – Да проснись ты!

Парень резко распахнул глаза. Он сидел на скамейке в коридоре больницы; на плечах покоился белый халат.

Кендалл поднял взгляд и увидел Логана. Хендерсон стоял рядом, сунув руки в карманы, и удивлённо смотрел на друга.

– Ты чего ревёшь-то? – спросил Логан, усевшись рядом.

– Я? – переспросил Шмидт и удивлённо утёр слёзы, которые почему-то бежали по щекам. – Просто… мне приснился такой ужасный сон! Даже вспоминать не хочется! Где Джулия?

– Не волнуйся, в палате твоя куколка. Не слышишь, что ли?

Кендалл только сейчас услышал крики Джулии за стеной. Он от чего-то улыбнулся и, встав на ноги, принялся мерить шагами коридор.

– Хватит нервничать, – попытался успокоить его Хендерсон. – Всё будет хорошо.

– Надеюсь.

– Надейся.

Шмидт бросил взгляд на друга и снова сел на скамейку.

– А вдруг что-то пойдёт не так? – нервно спросил Кендалл.

– Сам-то себя слышал? Что может пойти не так?

– Ну, не знаю… Слушай, а я ведь даже понятия не имею, как правильно держать малыша.

– У тебя ещё будет много времени, чтобы этому научиться.

Послышался звучный и довольно продолжительный крик Джулии. Кендалл вскочил на ноги и, взъерошив волосы, сказал:

– Пойду выпью кофе.

Шмидт ушел в холл, а Логан, усмехнувшись, принялся рассматривать какой-то медицинский журнал.

Мэдисон запечатала конверт и, бросив его в сумку, встала из-за стола. Паккет знала, что на этой неделе Джулия должна родить, поэтому девушка написала подруге и её жениху письмо с наилучшими пожеланиями и вложила в конверт открытку.

– Ты куда? – поинтересовался мистер Паккет, увидев собирающуюся куда-то дочь.

– На почту. Нужно отправить Джулии письмо.

– Долго ходить будешь? На улице скоро стемнеет…

– Нет, пап. Я быстро, туда и обратно.

Мэдисон ушла из дома и направилась в сторону почты.

– Ну как Джулия? – поинтересовался Джеймс, поставив на скамейку пакет с фруктами.

– Хорошо. – Шмидт слабо улыбнулся и принялся покачивать ногой. – Всё нормально.

– Уже родила?

– Да, – ответил Логан, разглядывая содержимое пакета. – Такое ощущение, что рожала не она, а Кендалл. Он мне чуть запястье не сломал!

– Ну прости! – нервно взмахнул руками молодой отец. – Я не знал, что буду настолько сильно волноваться!

– А! Забыли. Вы хоть придумали, как дочку назовёте?

– Ну… Мы вместе много думали и сошлись на том, что нашу дочь будут звать Ребеккой.

– Отличное имя, – поддержал Джеймс, обернувшись на главный вход. К парням двигался улыбающийся Карлос. – Мою первую любовь звали Ребеккой…

– Мы знаем, – прервал его Хендерсон. – Ты рассказывал.

– Правда?

– Правда. Раз тридцать, если не больше.

– Привет! – поздоровался Пена и пожал друзьям руки. – Ну как там Джулия?

– Всё нормально, – в один голос ответили парни.

Карлос сел рядом с Кендаллом и похлопал его по плечу. Шмидт лишь безмолвно покивал в ответ.

Дверь палаты отворилась, и в коридоре показался врач молодой мамы мистер Дженнингс. Кендалл тут же вскочил на ноги.

– Что-то случилось?