Мелипсихона устало откинулась на спинку трона.

— Победили… - пробормотала она.

— Рано расслабляться, - произнес Мал Хакар.
– Две с половиной сотни эльфов уцелели в сражении и примерно семь сотен вовсе в нем не участвовали. Даже если половина из добытых трупов окажется пригодной для воскрешения, и нам дадут на это достаточно времени, их все равно будет больше, чем нас. Тем не менее, - добавил он, увидев изученный взгляд Мелипсихоны.
– Ты неплохо поработала. Набирайся сил для следующего боя, а мне нужно встретиться с Церцеей.

***

Иш лежал на берегу возле болота, а вокруг него дрались скелеты и эльфы. У мыша было сломано крыло, и ему оставалось только лежать на земле и надеяться на две вещи — на то, что на него случайно не наступят, и на то, что мертвецы выиграют бой, и, когда некроманты начнут собирать трупы для воскрешения, его найдут и вылечат.

— Хотя, без Белой Змеи, лечить меня особенно некому, - грустно подумал Иш.
– Умереть-то я, конечно, не умру, но если шину не наложат и крыло срастется неправильно, то больше мне не летать. Буду лежать, как старая Ти-Ла-Ту…

Мимо пронесся Сар’ар на своем призрачном коне. Он налетел на группу эльфов, обступивших знамя Линтанира — в отличие от красного с золотым деревом знамени Аефенвуда и белого со сложным зеленым узором знамени Весмира, на линтанирском было просто две полосы — белая и зеленая, — в золотой кайме. Пара минут — и знаменосцы попадали на землю, изрубленные призрачным всадником и бело-зеленый стяг упал вслед за ними. Несколько десятков эльфов тут же бросились к Сар’ару, чтобы отбить и восстановить свое знамя. На помощь призраку устремились скелеты. Вокруг знамени завязалась отчаянная схватка.

В конце концов, высокий скелет в ржавых доспехах с изогнутым мечом в третий и последний раз сшиб на землю эльфийское знамя, втоптал его в землю, а на его место водрузил черный с пурпурной девятиконечной звездой штандарт Мал Хакара. Этот штандарт был не вполне флагом — не по годам талантливая ведьма Пира нарисовала его несмываемыми красками на лобовой пластине черепа того василиска, которого убили лич и Вакилла. Такое знамя не испортилось бы от пребывания под водой или закапывания под землю — то есть было таким же неприхотливым и долговечным, как и армия, которая шла под ним в бой.

Небольшой холмик, на котором первоначально стояло эльфийское знамя, в процессе схватки превратился в гору окровавленных тел. Можно было ожидать, что скелеты, вооруженные мечами, будут убивать врагов более изящно, чем привычные скелеты с топорами, но эльфы сражались столь упорно, что выбывали из боя лишь тогда, когда их лишали голов или обеих рук. Отрубленные конечности перемешались между собой и вся эта куча плоти истекала кровью. Кровь собиралась в единый поток и текла вниз по склону — к болоту. Лед возле берега в этом месте уже начал подтаивать, и кровь, влившись в водоем, окрасила воду в красный цвет. Повинуясь инстинктивному порыву, Иш заставил себя, работая лапами и здоровым крылом, подползти к кровавому потоку и начать пить. Тело эльфа вмещает от четырех до пяти литров крови и обычно этого было достаточно чтобы насытить полсотни летучих мышей, но, припав к кровавой реке, Иш уже не мог остановиться…

Церцея, обходившая поле боя после конца сражения, натолкнулась на сидевшего у берега мальчика. Он был худ и невысок, на вид ему было лет семь-восемь. Змея приняла бы его за маленького эльфа, но у него были черные курчавые волосы и темно-алые глаза. По губам мальчика стекала кровь и, несмотря на холод, он, похоже, не испытывал особенного дискомфорта от отсутствия одежды.

— А ты кто такой?
– с подозрением спросила Церцея, кладя руку на эфес.

— Ишшш, - прошипел мальчик, уставившись на нее взглядом, который Змея немедленно опознала, как взгляд голодного хищника. Она убрала руку с эфеса и сердито зашипела в ответ, вытянув шею. Мальчик испуганно отшатнулся.

— Церцея, не пугай ребенка, - произнес Мал Хакар, приближаясь.

— Хозяин!
– ахнула девушка и беззастенчиво бросилась личу на шею.

— Ну, чего встал?
– прошептала она ему на ухо.
– Мне про тебя все рассказали — давай, превращайся в человека и обними меня.

— Повелитеееееель, - замогильным голосом воззвала из-за спины лича Вакилла.
– Стойте спокойно — я ее сожгу.

— Сжигалки еще не отросли, меня сжигать, курочка, - усмехнулась Змея, показывая ведьме язык из-за плеча Мал Хакара, но, тем не менее, разжимая объятия.
– Чего это у тебя за странный упырь, Хозяин?
– спросила она, кивая в сторону странного мальчика.
– Он смотрит на меня, как на свой обед.

— Он же сказал тебе. Он — Иш.

— Какого… Иш?
– Церцея удивленно осмотрела мальчика.

— Ишш, - подтвердил тот, пытаясь подняться на ноги, но человеческое тело и размеры были для него слишком непривычными и он вновь упал на землю.

— Это превращение в вампира, - объяснил Мал Хакар.
– То самое, ради чего мыши служат некромантам. Чтобы превратиться, нужно выпить реку крови, которую мыши, как правило, неспособны пролить самостоятельно, поэтому подобное случается крайне редко.