— Сердцем бури, — Бен невольно вздрогнул, произнося эти два слова. — Ты знал, что это она?

В ответ Люк лишь пожал плечами.

— Я знал, что она — одаренная с огромным потенциалом к Темной стороне. И о том, что она не дочь Дэрриса — во всяком случае, не совсем, — тоже догадывался.

— Что произошло с ней на самом деле? Кто оставил ее на Джакку? Почему Сердце бури выбрало ее? — Бен спрашивал вновь и вновь, словно в горячке. Он имеет право знать ответы, знать все, как есть. Теперь прошлое Рей — это и его прошлое тоже, а судьба его жены — это его судьба, какой бы она ни была.

— А ты еще не понял? — кажется, Скайуокер был искренне удивлен недогадливостью юноши. — Пятнадцать лет назад Рейми Дэррис — такой же молодой дурень, как и ты — решил надуть своего учителя, Галлиуса Рэкса, который приказал ему избавиться от собственной дочери, потому что отец любил девочку больше чем его и его учение. Раненый, отрезанный от Силы, изгнанный из ордена Рен и приговоренный братьями к смерти, на неисправном квадроджампере этот несчастный добрался до Джакку с ребенком на руках и отдал дочку первому встречному, который попался ему на заставе Ниима — торговцу барахлом Ункару Платту. Дэррис не пожалел последних денег, чтобы Платт отвез ребенка Лор Сан Текке. Он хотел, чтобы его дочь воспитывалась среди монахов-пустынников, чтобы она познавала Силу, даже если сама не обладает великим даром. Вот только после исчезновения папаши Платт не стал утруждаться и просто продал девочку работорговцам на плато Жалобной руки вблизи Кратерграда. По странной иронии судьбы именно там когда-то, за несколько десятков лет до всех этих событий, работал мальчишка по имени Галли — там он натолкнулся на «Империалис» и попытался дать деру, но Палпатин быстро его приметил. А Шив Палпатин — это не тот человек, который отпустит выбранную добычу просто так. Там, в пустыне около Кратерграда, его дроиды вели раскопки, чтобы разыскать древнюю гробницу. И вот, одна из величайших святынь ситхов найдена, но она не спешит раскрыть Галлиусу или самому Палпатину всех своих тайн. И лишь теперь, спустя много лет, темные силы, освобожденные по прихоти императора, наконец полноценно пробуждаются. Что привело их в движение, непонятно до конца даже мне. Что именно привлекло того, кто зовется Сердцем бури, в маленьком несчастном существе, не наделенным чувствительностью к Силе? Какие такие внутренние качества или скрытый потенциал? Почему этот зловещий дух выбрал Киру?..

— Значит, она все же дочь Дэрриса, — заключил Бен.

— Не совсем. Дочь Дэрриса погибла. Но вместо нее в ее теле возродилось нечто иное — и она, и не она одновременно. Какая-то часть личности малышки Киры, очевидно, сохранилась, иначе у Рей не было бы воспоминаний о прошлом. По какой-то причине бездна не смогла проглотить ее полностью. И все же, это уже не Кира Дэррис, какой она была при рождении. Две души — древняя и юная, — срослись, смешались в посмертии, преобразовавшись в нечто третье. Нечто такое, чего еще не бывало прежде.

— В Рей… — выдохнул Бен, бледный от страха.

Быть может, он хотел бы сомневаться, найти хоть что-то, не позволяющее верить этому рассказу. Однако слова призрака не оставляли ни малейшего повода для сомнений. Все одно к одному — такое не придумаешь.

— Так на ком же я женат? — Он почти не заметил, как последняя тревожная мысль сорвалась у него с языка.

— На мусорщице Рей, которая оставила тебя в дураках на «Старкиллере». На той самой девушке, которую ты чувствовал и которую втайне желал еще до вашей встречи на Такодане. На девушке, которая спасла тебя и вылечила, хотя ты грозил убить ее при встрече, и которую ты оставил в системе Каламари безо всякого объяснения…

— Я поступил так не ради себя и даже не ради нее, — Бен пытался сохранить ровный тон, но это было непросто.

Неужели он оправдывается? Неужели пытается доказать, что его вины тут нет? Как же, ведь он и сам прекрасно понимает, что виноват!

— Если бы я попытался объясниться с нею, если бы сказал правду, она не отпустила бы меня одного.

До сих пор Бен успокаивал себя тем, что Силгал все расскажет Рей, когда он уже будет далеко. К тому же, его жена и сама скоро все поймет. Когда она узнает, отчего он не пожелал взять ее с собой, она не станет его осуждать. В конце концов, она должна почувствовать благодаря криффовым Узам, что он все еще любит ее, как и прежде — настолько, что сейчас, вдали от нее, ощущает себя так, словно его разрезали надвое…

Но оказывается, Рей в его отсутствие и не подумала оставаться в безопасности. И что ему теперь делать? Если он оставит рыцарей накануне их решающей дуэли с Теем и сбежит, второго шанса орден ему не предоставит.

— Я думаю, ты правильно поступил, — между делом заметил Люк.

Ощущая новый прилив ярости, Бен отчаянно скрипнул зубами.

«А не пойти бы тебе хатту в задницу, Скайуокер?»

— Как будто в нашем роду мало разлученных семей, — устало возразил он. — Мало детей, которые росли без отцов, а то и вовсе в приемных семьях или в Храмах, словно сироты, не зная ничего о своих настоящих родителях.

Сила… это она всему виной. Из-за своих способностей Избранный и его потомки всегда были лакомым куском для обеих сторон в извечном противостоянии Тьмы и Света. Чтобы защитить детей Энакина Скайуокера, джедаи скрыли факт их рождения от родного отца. Лея Органа отправила своего чувствительного к Силе сына в храм на Явин по той же причине — чтобы защитить. А теперь Бен, который всю жизнь презирал мать за этот поступок, и сам поступает точно так же со своей Рей…

Не выдержав, юноша со всей силы грохнул кулаком по стене. Что ни говори, он и вправду круглый дурак!

— Послушай… — Бен и оглянуться не успел, как призрак оказался рядом с ним, едва не касаясь его плеча полупрозрачной ладонью. — В двадцать четыре года, когда нам удалось свергнуть Империю, я был наивен и полон надежд. Я мечтал о мире и свободе, о возвращении золотых времен, когда джедаи были хранителями Республики и демократии. Однако мне жестоко обломали крылья — сперва само наше правительство, а много позднее и орден Рен. Вместо истинного Анклава джедаев, как, например, на Дантуине или на Оссусе, я построил тюрьму посреди джунглей, собрал там чувствительных к Силе детей, запер и их, и себя самого, оборвав все связи с внешним миром. Эту тюрьму я долгое время именовал «Новой академией». Я старался верить, что даже так, в глуши, скрываясь, как преступник, я делаю благое дело, готовлю почву для будущего возрождения ордена джедаев. Но это была иллюзия, Бен, не более того. И жизнь наглядно показала мне, что иллюзии могут быть опасны. Годы трудов, десятки воспитанников — и все рухнуло, словно карточный домик. Будущие джедаи мертвы, Храм разрушен, а я… даже продолжая дышать, я чувствовал себя мертвецом — оттого-то и решил в приступе отчаяния похоронить себя на Ач-То. Но оказывается, не все потеряно. Приходит срок — и Сила преподносит мне подарок, даже два. Сперва Рей, а затем и ты. В тот миг, когда ты очнулся на «Сабле», в медицинской капсуле, ты был Беном Соло, я сразу это понял. Ты умирал. В тебе оставались силы всего на несколько вздохов — но в эти последние мгновения ты был собой. Я узнал твой взгляд, твою кривую улыбку, мой потерянный и вновь обретенный ученик.