Потом она вдруг приподнимается на вытянутых руках и садится. И мощное тело ее супруга почему-то не в состоянии ее удержать.

Она поворачивается к нему лицом, и он видит ее улыбку. Коварную и восхитительную улыбку ведьмы, которая как бы спрашивает его: «Ты этого хотел, не так ли?»

И да, и нет. Глупо отрицать, что происходящее давно вышло из-под его контроля, но… крифф, о каком контроле сейчас вообще может идти речь?!

Рей откидывается на спину, широко разводя ноги. Открывая перед ним все высоты блаженства, которое способно подарить ее тело, налитое соком Тьмы. Игривым, развратным движением, улыбаясь и маня. Она отдается ему с тем же запретным неистовым рвением, но на сей раз как бы говорит, что желает видеть его — его лицо, его глаза, — открыто и без стеснения.

Снова противный луч солнца заставил его поморщиться. Но Бен по-прежнему не собирался возвращаться в реальность — что бы ни было этой реальностью: хоть брюхо сарлакка, хоть обратная сторона вселенского потока. Он зарылся с головой в свое сновидение, как упрямый ребенок, который не желает вылезать из постели.

Он вновь входит в нее — и вот, поглядите на них! Два недавних девственника, они жадно, по-животному совокупляются прямо на земле, не сняв одежды, исходя страстью в лучших традициях ситхов. Он грубо толкается в нее, она бесстыдно выгибает спину. Вид ее раскрасневшихся щек и изысканного изгиба подбородка, который кажется особенно пленительным, когда Рей запрокидывает голову назад, поистине сводят его с ума. Он давно знал, что их судьбы связаны, но никогда еще не ощущал их связи так явственно, как во время этой сумасшедшей близости.

В такие игры играют порой если не все, то большинство пар. Но им никто никогда не говорил об этом. Нет, они с самого начала двигались в своем супружестве наугад, как слепые котята. Может, это и было в их браке самым привлекательным — вместе постигать все грани любовного безумия?

Когда оба наконец достигают пика, они чувствуют себя усталыми настолько, что, кажется, не могут связать и двух слов. Бен перекатывается на спину и позволяет Рей положить голову ему на грудь.

«Нет покоя… — мысленно повторяет он слова кодекса братства Рен. — И нет страсти… Есть только Сила…»

Да, хатт побери, есть только Сила с ее непонятной и жестокой волей! Сила, вновь сыгравшая с ними злую шутку. Позволившая им создать новую жизнь, новое существо. Новую мишень для Галлиуса Рэкса. Новую избранную и желанную жертву, каковой прежде был он сам, Бен Соло…

Стоп.

Постепенно до него дошло, что так светло внутри у сарлакка быть уж точно не может. Да и на посмертное слияние с Силой непохоже, судя по небольшому покалыванию в плече, куда подонок Тей воткнул свой сейбер.

Он недовольно заворочался и все-таки открыл глаза.

Первое, что он увидел — это пирамида из каких-то ящиков, составленных один на другой. Залитые светом местного солнца, их контуры казались нечеткими, а края смазанными.

Затем он разглядел знакомые силуэты братьев… бывших братьев — Мейлил Рен и Гедеон Рен сидели неподалеку, так что Бен прекрасно мог видеть их, просто повернув голову немного влево. Заметив, что он пришел в себя, они настороженно выпрямили спины. Их непроизвольная синхронность заставила его улыбнуться.

— Так я и думал, — пробормотал Бен сквозь зубы.

Сарлакк, конечно, быстр, но куда ему против чувствительных к Силе с их способностью предугадывать и предотвращать опасность?

— Полагаю зверушка недосчиталась одной из щупалец? — прохрипел он язвительно.

— Жаль, что «зверушке» такого размера это вряд ли серьезно повредит, — мрачно ответствовал Мейлил.

Бен поглядел ему в глаза.

— Твоя идея, брат?

Старший рыцарь слабо, неуверенно кивнул.

— Не забывай, я следующий в очереди. И конечно, не мог допустить, чтобы сарлакк украл у меня право убить знаменитого Кайло Рена.

Лицо Бена просветлело, отразив известную усмешку Соло, полную странного удовлетворения.

— Тщеславный ублюдок… — выдавил он, картинно закатив глаза.

Затем перевел взгляд на свое плечо. Под ключицей виднелся лишь слабый розовый след, слегка выпуклый, как и рана на его лице — такие отметины оставляет сейбер.

Или у братьев где-то имелась бакта, или… он усмехнулся вновь. Или тут не обошлось без исцеляющих чар.

— Еще и вылечили Силой, — заключил Бен с явным недовольством. Его должок растет, а быть в долгу у изменников — опасное дело.

— Это я, — вставил Гедеон, хотя мог бы обойтись и без пояснения.

Младший из семи, пухловатый и немного неуклюжий, носивший, в отличие от братьев, белую маску, напоминающую жутковатое лицо призрака, — этот парень всегда отличался нравом настолько мягким, насколько это вообще допустимо среди братии. Остальные шестеро, бывало, шутили между собой, говоря, что брату Гедеону больше подошло бы стать джедаем, чем рыцарем Рен. Тот и сам признавал, что единственная причина, по которой он оказался на Малакоре — это его расположенность к равновесию, решительное непринятие перегибов как с одной стороны, так и с другой. Пусть даже равновесие среди рыцарей существовало лишь в теории, но видно, ничего другого Сила ему пока предложить не может…