Он, не раздумывая, нажимает кнопку активации и начинает играючи вертеть двойной сейбер в широких ладонях. Сияние двух белоснежных лучей сливается с ярким светом утреннего солнца, отчего эти плазменные лезвия кажутся сплетенными из множества блестящих драгоценных нитей.

— Они мертвы, — заключает Бен.

Через Узы он чувствует, как у Рей пробегает мороз по коже. Вероятно, она не ожидала таких слов.

— Как это — мертвы? — непослушными губами спрашивает она.

Бен иронично усмехается.

— Все очень просто. Эти кристаллы когда-то застыли в своей невинности, словно в капле янтаря. Они больше никогда не изменятся, а все, что не меняется, мертво. С точки зрения Силы единственное, что отличает жизнь от смерти — это способность к переменам, к развитию…

Он выключает меч и сует его обратно в руки Рей. Его настойчивые, даже грубоватые, движения немного приводят ее в чувство.

Бен переводит взгляд туда, где у края скалы, густо поросшей травой, виднеется завораживающая панорама Фоамвандер-сити, в предместье которого и расположена вилла леди Акбар. Водный город с неровными заостренными шпилями его строений, залитых веселыми утренними лучами, с зелеными островками суши среди белого камня и нескончаемой морской глади, производит немного странное, хотя в целом довольно приятное впечатление. Отсюда, с высоты, он кажется малолетним шалопаем, который улыбается очаровательной беззубой улыбкой.

— Забавно, — как бы между прочим замечает юноша. — Когда-то эти кристаллы принадлежали ученице Энакина Скайуокера. А теперь принадлежат моей ученице…

— Я думала, весь орден Рен основан его бывшими учениками… — хмурится Рей с сомнением.

— Да, учениками Дарта Вейдера. Но у Энакина Скайуокера была всего одна ученица, и она погибла в бою с Вейдером.

Рей молчит с мгновение, как будто вспоминая что-то.

— Тей как-то упомянул, что раньше эти кристаллы принадлежали женщине, которая умерла от руки того, кого любила. И того, кто любил ее.

— Ее звали Асока, — говорит Бен, прозрачно улыбаясь.

Рей беззвучно повторяет про себя это имя, которое ничего ей не говорит, да и не может сказать, но с которым — Бен готов поклясться — его жена ощущает необъяснимую связь. Она пытается вчувствоваться в него, пропустить его через себя, как и судьбу его владелицы. Нежные карие глаза отражают глубокую искреннюю грусть.

— Эта история довольно печальна, — прибавляет он, как бы отдавая должное ее чувствам. — Как-нибудь я тебе расскажу. А сейчас давай-ка еще немного разомнемся…

Сброшенная туника опускается у его ног, оставив Бена в одной легкой майке. Он неспешно становится в боевую стойку, стараясь сдержать восторг. Как давно он не совершал этих движений! Как давно не брал в руки сейбер! О Сила… Бен Соло сам себе кажется рыбкой, которую выпустили из тесного аквариума в океан — сколько простора и сколько новых возможностей!

Можно даже сделать вид, что он забыл, какой ценой ему вновь были даны эти возможности. По счастью, сейчас ему не составляет труда притвориться нормальным, полноценным человеком даже перед самим собой.

Меч Люка Скайуокера поначалу едва не выводит его из себя. Привыкший к особой конструкции своего прославленного сейбера, бывший Кайло Рен чувствует себя не в своей тарелке, используя традиционное джедайское оружие. Руки то и дело соскальзывают в попытках избежать ожогов от несуществующей гарды. Рукоять кажется слишком короткой и неудобной. Не говоря уж о зеленом лезвии, которое слишком очевидно напоминает Бену о годах его ученичества на Явине…

Он делает выпад, затем еще и еще, начиная теснить Рей к краю. Хоть это и тренировочный бой, он не намерен ее щадить. В настоящей схватке враг не пожалеет никого.

— Забудь все, чему тебя учил Скайуокер, — говорит он, чеканя каждое слово. — Я хочу увидеть твою ярость. Хочу, чтобы ты раскрыла все грани своей мощи. Как тогда, на «Старкиллере».

Странный урок от того, кто стал отступником с обеих сторон. Но если его предположения — и его надежды — верны, именно он, Бен Соло, должен стереть в ее душе границу между Тьмой и Светом.

Она уворачивается от очередного удара и, резко пригнувшись, бросается в сторону.

— По-твоему, только Темная сторона способна пробудить истинную мощь?

Вместо ответа он скалится в жутковатой улыбке, медленно наступая на нее.

— Ты считаешь Темную сторону сильнее?

— Нет, не сильнее. Но многие считают ее привлекательнее. Ее суть постигнуть проще. Всегда проще поддаться эмоциям, чем научиться самоконтролю.

Он снова замахивается.

Его команда звучит почти угрожающе:

— Нет, не уходи от удара, нападай на меня! Нападай всеми силами!

С секунду она смотрит на него в недоумении. Должно быть, сама мысль причинить боль тому, кого она выходила своими руками, вызывает у нее отторжение. Ее меч активен, но какой с него прок, пока она не захочет биться?