— Хадо семьдесят три, Сорэн Сокацуй.

— Бакудо восемьдесят один, Данку! — крепко ошарашил Бьякую Ичиго, поставив перед собой барьер, о который разбилась яркая белая молния.

Временный синигами рано обрадовался — три потока лепестков обогнули Данку и ударили по нему. Ичиго с криком снес один из потоков гетсугой, второй парировал Зангетсу, а вот третий прошелся по его спине и ногам, оставляя глубокие резаные раны.

— А-а-ахр-р-р-р…— Ичиго рухнул на колени, опираясь на Зангетсу, и тут ему в живот вошла катана.

— Не заносись, — капитан шестого отряда извлек занпакто из живота своего протиника и с силой пнул его ногой в грудь.

— Кхар…— Ичиго выплюнул струйку крови и соскользнул с клинка, падая на брусчатку.— Я… какого… черта…

Парень потянулся к Зангетсу и с криком одернул кисть — бьякурай капитана Кучики пробил ему ладонь насквозь.

— Ты силен, но слишком нагл и самоуверен, — капитан шестого отряда пинком отшвырнул Зангетсу в сторону, занося Сенбонзакуру.— Ты умрешь… что?

Бьякуя замер, прислушиваясь к своим ощущениям, бросил короткий взгляд на Куросаки и вдруг сильно пнул того в челюсть. Ичиго дернулся в сторону, но уйти от удара не сумел и упал на брусчатку без сознания, истекая кровью, а капитан Кучики вдруг исчез, направляясь куда-то в сторону, туда, где несколько секунд назад бушевали капитаны Хитсугая и Ичимару.

Расположение третьего отряда

Бьякуя вышел из сюмпо и встал между Гином и Тоширо, глядя туда же, куда и они. На крыше многоэтажного барака стоял Кеншин Карасу. Наставник смотрел на всю троицу с легким укором и с тенью гордости.

— Рад тебя видеть, Бьякуя, — заговорил Кеншин.— Эту рану тебе нанес Ичиго Куросаки, так?

— Да, — Бьякуя накрыл левую кисть целебным барьером.— Он еще жив.

— Я знаю, — Кеншин исчез и оказался перед ними. В левой руке покоился хорошо знакомый им длинный тати в ножнах, а внешний вид наставника говорил о том, что он готов к бою.

— Ой-ой-ой, похоже, сейчас нам будут делать а-та-та, — ухмыльнулся Ичимару, обнажая свой вакидзаси.

— Ты хочешь сражаться со мной, не высвобождая занпакто? — дружелюбно поинтересовался экс-капитан десятого отряда, и лишь Бьякуя различил опасные нотки в его голосе. Да, за эти двадцать лет наставник сильно изменился, стал куда терпимее и добрее, что ли? Капитан Кучики не может понять, почему так произошло, но разве это важно? Скорее всего, причины такой перемены сейчас капают на мозги всему Сейрейтею тем, что чудят здесь и умело скрываются, а недавно вообще разгромили лабораторию Куротсучи, сорвав ему эксперименты над девчонкой-вторженкой.

— Мы стали гораздо сильнее, капитан, — ухмыльнулся Гин.— И у нас нет детей…

— Говори за себя, — буркнул Бьякуя, не считая нужным в таком кругу держать свою маску.

— Ты хочешь сразиться с нами тремя? — продолжил Ичимару, подзабыв о том, кем является предмет его насмешек.— Уж не оброс ли ты благополучным жирком за эти годы, наставник?

— Сейчас узнаешь, — синие глаза азартно сверкнули, правая ладонь легла на рукоять занпакто, и…

Тоширо атаковал и промахнулся: Кеншин уклонился, встречая своего преемника пинком в живот. Капитан Хитсугая рванул назад, нога лишь чиркнула его по хаори, оставляя на ткани три разрыва. Эта атака послужила сигналом остальным, и следующие два быстрых удара были отбиты широким круговым выпадом, отбросившим Ичимару и Кучики на два шага назад.

— Если не хотите погибнуть, рекомендую вам стать серьезнее, — посоветовал капитан Карасу и выпрямился. Непомерно огромная, ровная и спокойная реацу обрушилась на Сейрейтей, заставляя трех капитанов, оказавшихся слишком близко, пригнуться и рефлекторно высвободить свои реацу.

— Вот блин…— Гин прищурился, чувствуя мерзкий холодок, ползущий по спине. Он усердно тренировался двадцать лет, стремился стать сильнее и достиг своей цели, но то, насколько сильнее стал его наставник, поражает воображение.

 — Похоже, дети повлияли на капитана исключительно положительно, — пробормотал Хитсугая.— Снизойди с ледяных небес, Херинмару!

— Цвети, Сенбонзакура.

— Пронзи, Шинсо!

Кеншин Карасу стоял точно в центре равностороннего треугольника, в вершинах которого расположились три готовых к бою капитана Готей-13, но не выглядел смущенным. Три ученика атаковали одновременно.

Ледяной дракон устремился к мужчине и был сожжен вспышкой бело-голубого пламени, сверкающая лента Шинсо столкнулась с светящимся изнутри слабым синим светом клинком тати и отлетела в сторону, а поток розовых лепестков разбился о выставленный Данку.

— Недурно, — Кеншин исчез и возник рядом с Гином, обрушивая на него могучий удар тати. Ичимару парировал мгновенно укороченным Шинсо и полетел спиной вперед, не выдержав колоссальной мощи удара. От немедленного поражения или даже гибели его спас Тоширо. Град остро отточенных ледяных сосулек помешал Кеншину мгновенно атаковать и заставил отвлечься, а там и Бьякуя ударил, как следует.

Сосульки разлетелись в стороны, отбитые стремительными ударами клинка, Кеншин уклонился от нескольких узких потоков розовых лепестков, захлестнувшихся в кокон, и ударил Бьякую.