Надо было решить, что делать дальше.

Пожилые супруги получили травмы, но прежде чем помогать им, требовалось выяснить, что с остальными. Она посветила фонариком. Впереди сидела женщина. До взлета она увлеченно читала толстую книгу.

Теперь она обняла себя руками и молча раскачивалась взад-вперед. Ее глаза были широко открыты и смотрели в никуда.

– Как вы себя чувствуете?
– спросила Элли.

Женщина медленно кивнула, но посмотрев в сторону Элли.

– Как вас зовут?
– спросила Элли.

– Памела, - послышался тихий шепот.

– О’кей, Памела, я пойду проверю пилотов. И сразу вернусь.

Элли посветила фонариком вперед. В проходе лежала чья-то винтажная сумка, валились журналы и разные бумаги, куртка и куски обшивки.

Элли стала пробираться через эту свалку. Когда она собиралась откинуть штору перед кабиной пилотов, Памела едва не натолкнулась на нее сзади. Элли на нее не рассердилась - она и сама ощущала сильнейшую потребность в контакте с другими людьми.

Первый пилот оставался в своем кресле, подавшись вперед к рычагам управлении. Второго пилота выбросило из сиденья, и он неуклюже распластался рядом. Слава богу, он двигался и пытался встать. Наполовину поднявшись, он вдруг повалился на бок. Взмахнув руками, он схватился за кресло и осел вниз.

– Проклятье, как больно, - проговорил он и потянулся к ноге.

Он поднял руку в крови, и Элли решила, что он серьезно ранен. Она подошла к нему ближе.

Пилот поднял штанину, из его ноги торчал обломок кости, текла кровь. На опытный взгляд Элли, дело обстояло намного хуже.

– Не двигайтесь, - вырвалось у нее.

– И не получится, - процедил пилот сквозь зубы. Он повернулся к своему командиру и с мольбой в голосе промолвил: - Капитан Рамано…

Первый пилот простонал, однако не двинулся и не поднял головы.

Оба они были серьезно травмированы.

– Вы можете вызвать, помощь?
– Памела, очевидно еще не поняла, как сильно они ранены.

Молодой пилот, к его чести, пощелкал переключателями.

– Ничего не работает, - через силу промолвил он.
– Связи нет.
– Он вытащил из заднего кармана мобильник и включил его.
– Нет сигнала.

– Хорошо, - с делимым спокойствием сказала Элли.

– Ничего хорошего, - возразила Памела. Ее голос в узком пространстве прозвучал слишком громко.
– Пахнет керосином. Мы можем взорваться. Надо отсюда выбираться. Быстрее.

Элли повернулась и произнесла твердым голосом, который всегда успокаивал ее десятилетних учениц:

– Выберемся. А сейчас возьми себя в руки и слушай меня. Надо помочь остальным пассажирам.

Памела поджала губы. Потом вдруг развернулась и махнула рукой:

– А как насчет него?
– Она указала на переднее кресло.
– Он не поможет?

Элли забыла о пассажире, который едва не опоздал к вылету. Она заполняла свой дневник и увидела его уже сидящим в кресле. Краем глаза заметила лишь широкие плечи и светло-зеленую рубашку.

Она повернулась к молодому пилоту и тяжело сглотнула:

– Я вам помогу.
– Она не знала толком как, но что-то надо было делать.
– Но сначала мне надо посмотреть, что с другими пассажирами.
– Потерпите немного?

Он кивнул и закрыл глаза.

Элли повернулась и прошла мимо Памелы. Она посветила фонариком. Мужчина с переднего ряда вывалился со своего кресла. Судя по всему, его ремень не выдержал, и он упал на пол. Теперь он лежал под обломками обшивки. Виднелась его рука, нога и часть туловища.

Элли посветила на него. Он тяжело дышал.

Живой. Он шевельнул ногами, а потом и руками

– Осторожнее, - сказала она.
– Вам придавило спину.

Мужчина замер.

– Сейчас мы это уберем.
– Она повернулась к Памеле.
– У меня действует только одна рука. Хотя вдвоем мы справимся.

Но кому-то надо было держать фонарик, потому что в темноте у них ничего бы не получилось. Она шагнула к пожилой пассажирке. Теперь ее глаза были открыты. Полны тревоги.

– Меня зовут Элли, - представилась она.

– А я - миссис Харди. Беатрис Харди. Надо помочь моему мужу.

– Помоги, Беа, - промолвил он.
– Мне не двинуться.

Примерно то же говорил второй пилот.

– Я им займусь, - пообещала Элли.
– Но сначала надо помочь мужчине впереди. Посветите нам фонариком. Можете его подержать?

Пожилая пассажирка отстегнула ремень, встала и взяла фонарик. Они вернулись в нос самолета. Элли и Памела начали вместе помогать мужчине, а придавивший его кусок обшивки убрали прочь. Он оказался весьма тяжелым, а Элли держалась правой рукой за бок и двигалась с трудом. Шея и плечо сильно болели, ее подташнивало.