И обоими мечами нарисовала в воздухе контуры цверга, а потом проткнула эти контуры, точней – скрестила мечи, будто перечеркнула рисунок.

Цверги жалобно завизжали.

А шаманы почему-то попятились.

А Сашка почуяла за спиной странно пошевельнувшееся пространство. Невыразимая уверенность заставила её не оглядываться. Но свечи, наплевавшие на все законы физики, в том числе и на то, что на них мощно сваливается огромное количество воды, окружали её медленно, сжигая темноту, отгоняя её, и тогда Сашка неторопливо, без сомнений зашагала вперёд, заставляя чёрных шаманов подаваться назад, отступать. А потом Сашка уловила странное впечатление, что она уже не одна. И не только потому, что вокруг неё торжественно и величаво плывут свечи, но и потому, что за спиной ряд за рядом встают люди.

Один из шаманов тоже завизжал – тоненько и пронзительно. Не оглядываясь, боковым зрением Сашка уловила, как сбоку – там, где лежали два подбитых ею шамана, завязалась драка. Что? Пришли в себя и попытались сопротивляться тем, кто шёл за спиной коротышки-смельчака?

Цверги отступали вместе со своим хозяевами, и Сашка надеялась лишь на то, что двое студентов пропали с глаз, а значит – их не добьют, удирая... А пока она продолжала медленно наступать на шаманов с их мелкотой, ведя за собой свою армию – армию тех, кто был в силах поддерживать настоящий огонь.

Шаманы не выдержали психической атаки. Они развернулись и с воплями и визгом помчались из переулка – буквально в стаде своих мелких приспешников.

Сашка остановилась. Неужели всё?

Один из шаманов остановился – совсем на секунды, пока его обтекала толпа драпающих цвергов. Взмах чёрной руки, и Сашка, не веря, глупо смотрела, как летит на неё нечто маленькое, но длинное. Кто-то закричал рядом...

Боль в плече взорвалась вспышкой, которая ослепила и швырнула в темноту...

... Сашка чуть не упала со стула. Суматошно вцепилась в край столешницы, и Доран, улыбаясь, обернулся к ней, негромко спрашивая:

– Заснула, да?

Она машинально кивнула, чувствуя огромное желание притиснуть к груди ладонь, чтобы унять сумасшедше бьющееся сердце. Но травник отвернулся, продолжая разговор с Кэйтрией, и Сашка снова облизала пересохшие от страха губы... Приснилось? Так ярко? А если это было... пророчество?

Шум у двери привлёк её опасливое внимание. Она встала со стула и быстро подошла к сторожащим улицу студентам. Они как раз открыли дверь для опоздавших ребят, один из которых был с телохранителем, а второй – с девушкой. И Сашка, всё ещё ощущая больно схватившееся сердце, так же осторожно вернулась на место.

Про девушку одного из студентов никто не говорил. Это Сашка помнила очень хорошо. И подтверждали её память удивление и смех студентов-сторожей при виде неё.

Может, это сон-подсказка? Бывают же не пророческие, а именно подсказывающие сны? Но что может подсказывать этот сон?

Улучив момент, когда Кэйтрия попросила подавальщицу долить ей горячего чаю, Сашка спросила у Дорана:

– А есть среди магов спецы по снам?

– У нас на втором этаже живёт один с третьего курса, – безмятежно сказал травник. – Что-то интересное приснилось?

– Очень на это надеюсь, – пробормотала она и пожелала увериться: – А ты можешь меня представить этому студенту?

– Представить – представлю, – уже суховато сказал Доран, – но только, Алекс, там ты будешь со мной, ясно?

– Ясно, – кивнула Сашка, пряча улыбку: небось, тот студент-третьекурсник – ещё один бабник?

Они дождались, пока девушка-эльф допьёт свой чай, а Доран расплатится с подавальщицей, и ушли из трактира.

Двенадцатая глава

Странное ощущение – всё ещё витая во снах, колыхаясь вместе с полупрозрачными обрывками призрачных пространств, медленно просыпаться от взгляда в упор.

Сашка с трудом разлепила ресницы. Окно в кухоньке, где она спала, было закрыто внутренними ставнями, как раздвижными дверцами шкафа. Очертания предметов еле видны. Лежала боком. Долго смотрела в хлопающую озабоченными глазами морду близко от себя, прежде чем поняла, что это магический пёс-сторож.

– Ты... что...

Пёс поднял глаза. Сашка машинально последовала его примеру. Мягко покачивая крыльями, над ней висела летучая мышь-татушка Дорана.

– Понял, – пробормотала Сашка и одним движением выскользнула из-под одеяла.

Спала она впервые глубоко и спокойно, потому что знала, что нет необходимости прятаться, если вдруг в помещение нагрянут. Потому и проснулась легко – выспавшейся. С травником она, перед тем как распрощаться с ним после его занятий с Кэйтрией, договорилась встретиться очень рано. Так что через десять минут Сашка, умытая и одетая, бесшумно открыла дверь номера и заперла его. Девушка-эльф тоже спала безмятежно, зная, что не ей просыпаться рано. К тому же Сашка пообещала вернуться ко времени подъёма и разбудить её.