– Не пациентка. Буду твоей девушкой.

И снова замерла, ошеломлённая, когда волна облегчения и благодарности окутала её впечатляющим теплом. Он даже положил ладонь на её плечо. И эта ладонь... она прожигала Сашкино плечо сквозь рубашку, сквозь плотную ткань плаща... А потом Доран спохватился.

– Тебе нельзя долго стоять! – И усадил её на постель.

Сашка пришла в себя и хмыкнула.

– Тогда и гулять нельзя – постоянно на ногах.

– Нет, что ты! – уже усмехнулся её небольшому сарказму травник, присаживаясь рядом. – Ходить надо. И двигаться больше. Чем чаще кровь гуляет, тем быстрей всё заживёт. Отдыхать во время прогулки будем, не беспокойся.

– Да я не беспокоюсь, – медленно сказала Сашка, поглаживая край плаща.

Из кухни вышли Кэйтрия и, судя по её счастливому виду, Эйлилл в новой иллюзорной маске. Они дошли до кровати, и девушка-эльф шутливо попеняла Дорану:

– Уходи с моей постели! Разрешаю сидеть на ней только подруге! Алекс, какой плащ на тебе! – ахнула девушка-эльф, только сейчас разглядев новую одёжку Сашки.

– Добрый день, – улыбнулся Эйлилл, сегодня светловолосый и опять-таки весьма скромного вида – с первого взгляда и не запомнишь.

"Настоящий шпион!" – хмыкнула пришедшая в себя Сашка и сипло попросила, ответно поздоровавшись:

– Добрый день! Кэйтрия, можно с тобой на минутку в кухню?

"Пока представители двух ведомств пообщаются!" – хотелось сказать язвительно. Но промолчала и последовала за девушкой-эльфом, хотя той не хотелось уходить из комнаты. Уже на кухне Сашка вздохнула и сказала:

– Кэйтрия, прости – возможно, не вовремя. Можно тебя обнять?

Тонкие брови девушки-эльфа взлетели, но она сама шагнула к Сашке. И даже выждала, пока та закинет ей на шею руки, больше похожие на толстые лапы. Секунды две на прислушивание – и Сашку окатило таким вселенским счастьем, что она чуть не задохнулась в чужом ликовании. Завозилась в руках Кэйтрии, чтобы та отпустила её.

– Прости, Кэйтрия!..

– За что? – удивилась девушка-эльф.

– Я хотела проверить, – шёпотом сказала Сашка и повела плечами от жути, потому что и не понимала, что происходит, и поражалась этой странности. – Я... тебя чувствую. Сильно. Почему?

Кэйтрия вгляделась в глаза ошарашенной подруги. Помолчала.

– Ты чувствуешь меня. Но ты захотела меня обнять... потому что почувствовала Дорана?

– Да, – понурившись, сказала Сашка. – Это... оскорбительно?

Девушка-эльф ещё немного сосредоточенно помолчала, глядя на неё, а потом взялась за её плечи и тихо сказала:

– Алекс, ты сильный эмпат. Но при этом стихийный. Тебе надо немедленно пройти собеседование у ректора, потому что, насколько я слышала, такой талант, как у тебя, довольно редок и может причинить тебе массу неудобств, если вовремя не научиться управлять им. Нет, для меня это не оскорбительно. Я даже рада, что ты первой доверилась именно мне. Дорану ты же ничего не сказала?

– Нет, – покачала головой Сашка, чувствуя облегчение чуть не до слёз: ведь она страшно испугалась, ощущая чужие эмоции с такой силой! – Кэйтрия, спасибо.

– А теперь давай выгоним наших мужчин из номера, и я помогу тебе одеться.

Девушка-эльф улыбнулась Сашке, которая только и могла, что вздыхать. Но, когда парни ушли в коридор, она криво ухмыльнулась: нет – да простит её Доран! – пока она ему ничего говорить не будет. Главное – она-то знает, что он к ней ощущает.

Кэйтрия надела на неё платье, затем на ноги те почти домашние ботиночки, а уже напоследок помогла натянуть плащ. Затем оделась сама и позвала парней:

– Заходите! Эйлилл, нужна твоя помощь!

Сашка даже удивиться не успела: кому – нужна? И что за помощь? А девушка-эльф за руку подвела красавчика к ней и серьёзно сказала:

– Ты умеешь. Ты опытный. Придумай что-нибудь, чтобы её потом не узнали в моём телохранителе.

Вмиг сообразив, что задумала Кэйтрия, Доран строго предупредил:

– Но только чуть! Я хочу смотреть в глаза Алекс и узнавать глаза Алекс.

– По плащу узнаешь, – слабо сыронизировала Сашка.

– Подойдём к зеркалу, – велел Эйлилл.

А когда Сашка выполнила его указание и с интересом уставилась в зеркало (любопытно же, что он из неё сделает?), эльф с минуту смотрел на неё, а потом пальцами провёл прямо по зеркалу – по линиям её лица. Открыв рот, Сашка захлопала глазами на волосы, которые резко удлинились и стремительно сплелись в две косы, закреплённые на кончиках тяжёлыми даже на вид металлическими украшениями. От изумления она попыталась потрогать их, но рука прошла мимо, а Эйлилл недовольно предупредил:

– Не трогать! Забудь, что они есть!

– Но зачем такие яркие?

– Первый секрет любого иллюзиониста – люди смотрят на самый яркий элемент в одежде, не обращая внимания на всё остальное, – уже спокойно объяснил красавчик эльф и провёл пальцем по бровям Сашкиного отражения, делая их из темновато-русых отчётливо тёмными. – И вот эта деталь внешности бывает весьма красноречивой. Пропади она – завтра ты будешь неузнаваема теми, кто видит тебя сегодня. И последний штрих.

Эйлилл коснулся отражённого рта Сашки, и та, коротко взглянув на стоящего позади Дорана, заметила, как он поморщился, не сводя с неё глаз. Губы стали полными и мягко красными. Эйлилл кивнул Сашке в зеркало и отошёл к Кэйтрии, чтобы помочь ей надеть плащ.