После его ухода я засыпала дольше, чем ожидала. Меня поглощали тревожные мысли. Кейд часто спрашивал: счастлива ли я? Словно до сих пор не мог поверить в то, что у него есть семья, дом, дети. Однажды он сказал: я настолько счастлив, что боюсь всё потерять.

Я не могла избавить его от страхов, но, когда Кейд становился мрачным, я обнимала его и говорила о том, как сильно его люблю. А потом целовала до тех пор, пока он не забывался в моих объятиях и занимался со мной любовью. Кейд осуществил мои мечты. Я дорожила каждым днём рядом с ним. Никто не знает, что нас ждёт дальше, но нельзя жить в постоянном страхе.

Что-то разбудило меня посреди ночи. Я приподнялась на подушке, но увидела не медсестру, а силуэт мужчины, стоявшего возле окна.

Наверное, у меня вырвался вскрик, потому что он оглянулся, и свет, пробивавшийся сквозь дверь, упал на его лицо. Я выдохнула с облегчением.

– Блейн. Ты испугал меня до полусмерти.

Подойдя к кровати, он взял меня за руку.

– Прости, Кэт. Я не мог приехать раньше.

– Всё хорошо, – вздохнула я. – Сейчас ты здесь. Сколько времени?

– Половина четвёртого, – ответил он.

– А когда ты приехал? – Я потёрла глаза. Хорошо, что в палате было темно, потому что выглядела я не лучшим образом.

– Час назад.

Нажав на кнопку, я приподняла спинку кровати.

– Не нужно было приезжать ночью, – мягко пожурила я.

Но Блейн покачал головой.

– Хотел убедиться, что с тобой всё хорошо. – Он сел на край постели. – С тобой и с малышкой.

– Кейд прислал тебе её фотографии? – спросила я, улыбнувшись.

– Прислал.

– Разве она не прелесть? – спросила я, прижавшись затылком к подушке. Медицинские препараты усыпляли.

– Прелесть, – согласился Блейн. Его губы дрогнули в лёгкой улыбке, а рука сильнее сжала мою. – Я рад, что вы обе здоровы.

Я кивнула.

– И ты вновь стал дядей. Но, боюсь, племянницу ты не завлечёшь рыбалкой, как мальчишек.

– Я придумаю что-нибудь другое, – пообещал Блейн, заправляя прядь волос за моё ухо.

Я закрыла потяжелевшие веки.

– Не знаю, что бы мы без тебя делали, – прошептала я.

Блейн не ответил. Кровать скрипнула, и я почувствовала, как его губы коснулись моего лба.

– Тебе что-нибудь нужно? – тихо спросил он. – Я могу чем-то помочь?

Открыв глаза, я покачала головой.

– Нет, всё хорошо. – Я невольно зевнула, заслоняя рот рукой.

– Тогда засыпай, – сказал Блейн. – Тебе нужно набираться сил.

Да, я действительно устала.

– Ты вернёшься утром?

– Останусь с тобой до утра, – ответил Блейн. – Поберегу твой сон. Знаю, как сильно ты не любишь больницы.

Я улыбнулась.

– Спасибо. – Я вновь закрыла глаза и, с трудом шевеля губами, сказала: – Рада, что ты приехал.

– Я тоже.

Я едва расслышала его тихий ответ, а потом провалилась в сон.

***

– Мамочка!

Оглянувшись, я увидела ворвавшегося в палату младшего сына. Его тут же подхватил на руки Блейн.

– Полегче, парень, – предупредил он. – Твоя мама сейчас очень слабая, как и твоя маленькая сестра. – Блейн осторожно посадил его рядом со мной на кровать.

– Как дела у моего плюшевого мишки Тедди? – спросила я, поцеловав его в макушку.

– Лучше всех! – просиял Теодор.

Он был назван в честь моего отца, но полное имя в семье не применялось. Все называли его Тедди. Мальчик, несмотря на ангельское лицо, обрамлённое золотыми кудрями, рос настоящим сорванцом. – Папа купил нам заварные эклеры!

– Правда? – Я посмотрела на Кейда, вошедшего в палату вслед за Тедди. – А меня угостите?

– Ну, конечно.

Наш старший сын зашёл в палату и протянул бумажный пакет с эклерами. Блейн положил их на тумбочку, потому что я держала малышку.

– Кейн, хочешь познакомиться с сестрой? – спросила я, когда сын подошёл ближе.

Кейн скептически посмотрел на розовый свёрток в моих руках. Наш первенец был точной копией своего отца, начиная с непослушных волос, упрямо падавших на его глаза и заканчивая пытливым умом. В шесть лет он был не по годам проницателен. Всегда наблюдал, всегда проявлял ответственность.

– Мальчики, познакомьтесь с маленькой сестрой, – объявила я, слегка отодвинув пелёнку, чтобы они лучше увидели лицо малышки. – Её зовут Лана.

Оба сына внимательно посмотрели на девочку.

– Какое-то у неё странное имя, – заметил Кейн.