— Да, — только и ответил он.

Неуклюже я натягиваю один носок на ногу. Второй выскальзывает из рук, и я ругаюсь, когда он падает. Через мгновение носок поднимается вверх и ложится мне на живот.

— Можешь захватить обувь? — спрашиваю я.

Торговец глазами находит ботинки, стоящие рядом с раздвижной стеклянной дверью спальни. На моих глазах они поднимаются с пола и движутся ко мне. Я ловлю их в воздухе.

— Спасибо, — говорю я, даря ему искреннюю улыбку. Я наблюдала за этим маленьким трюком сотню раз, и всегда приходила в восторг. Всего на долю секунды он мешкает. Хмуро и сведя брови вместе, смотрит на меня. Но затем продолжает идти. Раздвижная стеклянная дверь открывается, и холодный ночной воздух окутывает меня, когда Торговец выходит наружу.

— Правда или действие? — говорит он, когда я заканчиваю обуваться.

Я замираю. Пришло время оплаты. Ранее днём я была готова к этому, но сейчас нет. Он так и не ответил, почему спустя столько лет выбрал этот момент, чтобы вернуться в мою жизнь. Или почему ушёл из нее. Но я прекрасно знала, что не стоит ждать объяснений. Вытаскивать из него секреты сложнее, чем купать кошку.

— Правда.

— Ты сказала действие? — спрашивает он, приподнимая бровь. Его волосы сегодня не связаны, и светлые пряди обрамляют лицо. — Твоя сирена всегда знает, как придать пикантность ситуации.

Я не потрудилась ответить. Торговец жулик во всех отношениях, поэтому его слова не удивляют. Но зато ошарашивают следующие действия. Воздух за его спиной переливается и образует одно целое, пока не появляются крылья, поднявшиеся над его лопатками.

У меня перехватывает дыхание.

Вся враждебность, обида, боль… всё утихает, когда я смотрю на эти крылья.

Кость обтягивает темная серебристая кожа, настолько тонкая в некоторых местах, что видны аккуратные сетки вен. Наконечники крыльев были в виде белых когтей, самый большой из них размером с мою руку. Лишь однажды я видела крылья Десмонда, и то потому, что он потерял контроль над своей магией. Сейчас же, это казалось намеренным проявлением. Я не могу себе представить, почему именно сейчас он решил показать их, и почему именно мне из всех людей. Я протягиваю руку за его плечо и провожу пальцами по гладкой коже одного крыла. Дес напрягает руки, и я чувствую, как он затаивает дыхание.

— Они красивые, — говорю я то, в чём давно хотела признаться, но так и не смогла.

Торговец окидывает взглядом моё лицо, и на мгновение задерживает его на моих губах.

— Рад, что они тебе нравятся. Сегодня вечером ты недолго будешь на них смотреть.

Октябрь, восемь лет назад

Я кручу браслет на запястье, с волнением играя одной единственной черной бусиной — долговой распиской, которой я обязана Торговцу, за то, что он отвадил от меня власти. Он уже во второй раз появляется в моей комнате. С ног до головы одет во все черное, винтажная футболка с логотипом AC/DC обтягивает его широкие плечи и спину. Увидев меня, он скрещивает руки на груди.

— Моя магия по-прежнему сильна, — говорит он, — так что же тебе нужно?

Я снова кручу браслет, сердце бешено колотится при виде Торговца.

— Хочу заключить еще одну сделку.

Он прищуривается. Я жду, чтобы он хоть что-нибудь сказал, но он молчит. Время проявить силу духа.

— Я, эм… — Он выгибает бровь. Просто скажи это, Калли. — …хочу купить тебя на ночь.

О. Мой. Милостивый. Бог.

К черту тебя язык. Вырвать и закопать в самой глубокой яме преисподней. С лица Торговца сошли какие-либо эмоции.

— Прости, что?

Щеки и шея краснеют. Я умру со стыда. Вычеркните, хочу умереть со стыда. Лучше умереть, чем стоять здесь открывать и закрывать рот, как рыба. Торговец ухмыляется, отчего становится только хуже. Не стоило этого делать.

— Я просто хочу потусоваться с тобой, — спешу добавить я. — И совершенно на платоническом уровне.

Тьфу, а теперь я, должно быть, выгляжу отчаянной. Да кого я обманываю? Я в отчаянии и жажду общения. Когда я пришла в Академию Пил, то думала что смогу втереться в доверие и найти друзей, но этого ещё не произошло. И мне так одиноко.

— Это плохая идея, ангелочек, — произносит он, начиная прохаживаться по комнате. — Мне понравилось бы твоё предложение, будь оно совсем не платоническим.

Клянусь, мой щеки прямо огнем горят, я тут же окидываю взглядом тело Торговца. Он смотрит на меня, и теперь его ухмылка еще шире, а глаза с озорством блестят. Он точно знает, где витают мои мысли.

— Лишь одна ночь, — говорю я, наблюдая, как он берет флакон с моей тумбочки и подносит к носу, после чего, сморщившись от запаха, быстро ставит его обратно.

— У меня есть работа, — говорит Торговец. И всё же, он ещё здесь. Он хочет, чтобы его убедили. Но как его убедить? Последний раз, когда я использовала чары, Торговец лишь вышел из себя. Не думаю, что смогу повлиять на него логикой, и кроме того, в моей просьбе нет ничего логичного.

Как бы то ни было, мое желание провести с ним вечер — полное безумие. Как в первый раз я смогла убедить его помочь мне? Вспомнив, я округляю глаза.

— Торговец, — говорю я, подходя к нему, разглядывающему мой постер с надписью «Сохраняй спокойствие и читай дальше». Когда я оказываюсь ближе, протягиваю руку и кладу ему на предплечье, от контакта у меня живот сводит. — Пожалуйста?