— Все женщины вернулись с детьми? — спрашиваю я.

Десмонд кивает, проведя пальцем по эскизу.

— Дети, чьи они? — задаю я вопрос. У фейри есть дурная привычка забирать детей, которые им не принадлежат.

— Они появились из чрева этих женщин, — утверждает Дес.

Не буду спрашивать, как они это поняли.

— А отцы? — спрашиваю я.

Губы Торговца растягиваются в кривую улыбку, но потом она превращается в гримасу.

— Ещё одна загадка, — произносит он и складывает бумаги в аккуратную стопку. — Сейчас это всё неважно, кроме… — он берет лист бумаги из стопки, — этого…

Я вырываю листок из его рук и смотрю. Список вопросов занимает почти всю страницу, и каждый страннее предыдущего.

— Что это?

— Это вопросы, ангелочек, которые ты будешь задавать завтра.

Даже после того, как Дес откладывает в сторону записи, а я засовываю список вопросов в карман, он сидит, не двигаясь до конца вечера. Позже в комнату дрейфуют нарезанный сыр и крекеры из кухни, набор бокалов и напитки. Я ловлю Кока-колу, которая парит у меня над коленями, в то время как Торговец открывает бутылку пива и делает большой глоток. Я бросаю на Деса ледяной взгляд, снова вспомнив, что не могу выпить спиртное. Десмонд удобнее устраивается на диване, его рубашка натягивается, когда он кладет руки на спинку дивана. Делая глоток пива, он искоса смотрит на меня, выглядя греховно-соблазнительно, как никто другой. Кажется, вечер не подходит к концу, всё только начинается. И не похоже, что будет погашен один из долгов. Слишком интимно для этого.

— Что, скажи на милость, на уме у моей малышки сирены? — спрашивает он, сверля меня глазами.

«Моя малышка сирена».

— В любом случае, я не твоя, — возражаю я.

Улыбнувшись у горлышка бутылки, он делает еще один глоток. Как только отпивает, взбалтывает янтарную жидкость в бутылке.

— Ты была моим клиентом когда-то, — говорит он, — и тогда ты стала моим другом, а теперь… — Его губы практически растягиваются в корыстной улыбке, а серебристые глаза блестят. — Возможно, нам не стоит обращать внимание на то, кто мы сейчас.

Атмосфера в комнате меняется, становится тяжелой, почти удушающей. Не знаю дело в магии или в природном магнетизме Десмонда, но это заставляет меня ерзать не месте.

— Зачем пришел на землю? — спрашиваю я, отчаянно пытаясь уйти от наших отношений… или, как считаю я, отсутствие таковых. — Зачем всё это, если ты Король?

Атмосфера в комнате разряжается. Торговец делает ещё один глоток, после чего отвечает:

— Ты хочешь подходящее объяснение или настоящее?

— И то, и другое, — говорю я, скинув обувь и удобнее свернувшись на его диване.

Дес замечает это и выражение на его лице практически можно назвать приятным.

— Подходящий ответ заключается в том, что у меня есть на это время. Законы и политика в стороне, моё царство выполняет самую важную работу самостоятельно, — говорит он, закидывая ноги на диван и скрещивая их в лодыжках. — Оно тащит ночь через Потусторонний мир. Ещё одна часть моей работы, как Короля Ночи, убедиться, что хаос существует, а хаос — это естественное состояние вещей, даже здесь, на земле. Опять же Вселенная делает за меня мою работу. Потом есть и другие поступки, которые лучше всего совершать ночью. Насилие, бездельничанье и… — он скользит взглядом по моей руке, и я чувствую фантом его пальца, который гладит мою кожу, — секс. — Моя сирена начинает шевелиться. — Давай назовём их низменными влечениями. И, опять же, этим не нужно управлять.

Я правильно его расслышала? Я ставлю бутылку на кофейный столик.

— То есть, ты поощряешь… человека заниматься этим? — Я не могу поверить, что мы никогда прежде не говорили о таком. Он всегда так праведно вёл себя. Я бы никогда не догадалась, что «низменные влечения» — часть его работы. Дес выгибает бровь.

— Хочешь, покажу?

Во мне просыпается сирена. Всем чем правит Дес, питается моя сирена. Насилие, хаос… секс. Она бы с удовольствием взяла целую охапку бусин для такой демонстрации. Он принимает моё молчание за… согласие. В одно мгновение он небрежно растягивается на другом конце дивана, ставит на пол бутылку, а затем исчезает. Я подпрыгиваю, когда Дес оказывается рядом.

— Ты бы наслаждалась, Калли, — говорит он, наклоняясь. Дес так близко находится ко мне, что его присутствие подавляет. Губами он прикасается к моему уху. — Я уверен в этом.

Он никогда не вёл себя так со мной раньше. Только сейчас я узнаю, что он борется с природой, подходящей мне. Я откашливаюсь.

— Дес. — Но тону в годах желания к этому мужчине.

— Подумай об этом, — произносит он, отодвигаясь — Ничто так не обрадует меня.

У меня сердце быстрее колотится, чем дольше я смотрю на него, тем отчаяннее сирена пытается вырваться наружу.

— Ты не договорил о причинах посещения земли? — с хрипотцой в голосе спрашиваю я. Это последняя попытка остановить то, что может произойти дальше. Его настроение меняется и, закрыв глаза, он возвращается на свой край дивана.

— Ах, да, официальная причина. Мои обязанности в царстве по-прежнему оставляют мне много времени для работы на международные — на самом деле, между мирные — отношения. В качестве Торговца я этим и занимаюсь. Общаюсь здесь со сверхъестественными существами, используя магию, предоставляю им мелкие одолжения, — как в случае со мной, — и собираю долги с процентами. Таким образом, моё царство становится богаче и безопаснее.