— Сочувствую, лейтенант, — сказал я. Чейз подозрительно посмотрел на меня:

— Вы даже не представляете, как вам повезло, Бойд, что у вас такое железное алиби!

— Может, поискать связующий мотив между двумя убийствами? — предложил я.

— Убирайтесь отсюда ко всем чертям и не отнимайте у меня время! — взревел он.

Я был уже на полпути к двери, когда он заорал снова:

— Вы последний в списке. Думаю, остальным теперь не имеет смысла торчать здесь. Передайте, что они могут идти домой.

— Хорошо, лейтенант, — вежливо ответил я. Я взялся за ручку двери, когда он заговорил снова. Голос его смягчился:

— Бойд?

— Лейтенант? — Я устало повернул голову и посмотрел на него.

— Кто-то сломал Харви нос, но он не говорит кто, — вкрадчиво продолжал Чейз. — У Бенни Картера ужасный кровоподтек на носу, и он тоже не говорит, кто это сделал. Забавное совпадение, а1 — Мне смеяться?

— Не знаете, кто это сделал?

— Нет, — невинно ответил я. — Почему вы думаете, что я знаю?

— Только такой дешевый частный детектив, как вы, будет применять силовые приемы, вот почему!

— Может, они подрались между собой, лейтенант? — предположил я.

Он задумался. В его глазах появилось мечтательное выражение.

— После того как я закончу с этим делом, я и вами займусь, Бойд. И тогда я так вмажу вам по голове, что вы позавидуете Тайболту.

— А я-то думал, что я вам нравлюсь, лейтенант, — саркастически сказал я и поторопился выйти из кабинета, прежде чем Чейз смог мне ответить.

Я вернулся в гардеробную к несчастным актерам, которые ждали доброго слова от Чейза, и сказал, что они могут расходиться по домам.

Было без четверти два, когда мы добрались до моей квартиры. Я стал смешивать виски со льдом, а Марго благодарно опустилась в ближайшее кресло. Я подал ей виски, сел на диван напротив нее и поднял бокал:

— Предлагаю выпить до дна.

— Аминь! — поддержала она, поднося бокал к губам. — Наконец-то мне полегчало, — сказала она через пять секунд. — Это была ужасная ночь!

— Пожалуй, — согласился я. — Зато теперь ты можешь быть спокойна — у тебя железное алиби. Ты все время была на сцене, так что Чейз тебя больше не подозревает.

— Отлично, — сказала она без особого энтузиазма. Потом пристально посмотрела на меня. — Дэнни, ты говорил ему о Харви и шантаже?

— Нет еще, — сказал я. — Сначала мне нужно твое заявление.

Марго допила виски, вытянулась в кресле и закрыла глаза.

— Дэнни, ты догадываешься, почему убили Рекса, да?

— Нет, — честно сознался я. — А ты?

— По-моему, это так просто, — сказал она, понизив голос. — Потому что он рассказал тебе.

— Что?

— Рассказал тебе о шантаже, — медленно продолжала она. — Ты сказал об этом Харви, и он убил Рекса, чтобы быть уверенным, что он больше не будет болтать!

— И поэтому?..

— Поэтому я передумала, — прошептала она. — Я не буду подписывать заявление, Дэнни, извини.

— Ты шутишь? — взревел я.

Она открыла глаза и решительно посмотрела на меня.

— Я никогда не была так серьезна, как сейчас!

— А что случилось с твоей совестью? — прорычал я. — “Сначала справедливость, потом карьера”. В своей гардеробной ты именно так говорила?

— Моя совесть умерла от испуга, когда я увидела голову Рекса Тайболта на полу около Донны. — Она вздрогнула. — Этот страх будет преследовать меня всю жизнь.

— Если ты подпишешь заявление, тебе больше не нужно будет бояться Харви — он сядет в тюрьму, — попытался я объяснить ей.

Марго упрямо покачала головой:

— Слишком большая вероятность риска, Дэнни. Полу Кендаллу перерезали горло, Рекс Тайболт потерял голову! — Она снова вздрогнула. — Я не хочу быть следующей!

— Это окончательно?

— Извини, Дэнни, — да.

Я встал, подошел к столу и налил себе еще виски со льдом.

— Дэнни? — В ее голосе был вопрос.

— Я вызову тебе такси, — ответил я.

— Ты сердишься на меня?

— Почему я должен сердиться на тебя, дорогая? — В моем голосе зазвучала убийственная ирония. — Ты наняла меня, чтобы найти убийцу. Меня самого чуть не убили. А сейчас, когда все, что требуется, — это твои показания, ты испугалась. — Я оскалил зубы. — Я не сержусь на тебя, дорогая, я готов разорвать тебя. Ты этого заслуживаешь. Так что лучше тебе уйти, пока ты цела!